Со временем снял с Наташи постоянный контроль, но оставил сигнальный канал, реагирующий на эмоциональный импульс. Прекрасно понимал, что у жены с ее мягким характером и дальше возможны проблемы в нештатных ситуациях, в которых она сама просто не справится. И действительно, мне не раз приходилось принимать экстренные меры, выручая Наташу в трудную минуту - в школе с трудными учениками, а еще по дороге, когда она под вечер возвращалась домой. На нее напали два обкуренных грабителя, попытавшиеся снять золотые украшения. Как только ко мне поступил тревожный сигнал, тут же по его координатам вышел к месту происшествия. Увидел двух молодых людей, обступивших остолбеневшую жену. Они уже протянули руки к ней, один из них ухватился за цепочку с кулоном, второй, ломая Наташе палец, стягивал обручальное кольцо.
Едва сдерживая себя от желания раздавить выродков в месиво, мгновенным парализующим ударом остановил их, а потом поочередно взломал каждому сознание, нисколько не заботясь о его сохранности. Взял под свой контроль поганые тела, заставил их отойти от перепуганной жены. В первом же проулке в безлюдном месте провел с ними жестокий эксперимент - полное разрушение личностных характеристик. Можно сказать, я форматировал логический и эмоциональные центры - разрушил энергетическим лучом волокна мозговой ткани и нейронные цепи, отвечающие за хранение и передачу информации.
Понаблюдал недолго за подопытным материалом - от обоих существ остались только телесные оболочки, без мыслей, даже без природных инстинктов. Они застыли истуканами, в выпученных глазах нет и проблеска хоть какого-то разума. От них пошел тошнотворных запах мочи и испражнений - в организмах расстроились какие-то регулирующие и сдерживающие свойства. Такую операцию я провел впервые, ранее я не решался навредить хоть кому-то. Даже в притоне сохранил сознание наркоторговца без особого ущерба, хотя тоже возникло желание уничтожить мразь. Я не судья, а целитель, карать зло - не моя цель или предназначение. Но когда увидел напуганную до ужаса жену и мерзавцев, подступивших к ней, помыслы о добре и любви к людям ушли куда-то в самую глубину души, осталась только злость и желание мстить.
Оставил свои жертвы на том же месте, отправился следом за Наташей. Она уже немного отошла от парализовавшего ее стресса, теперь скорым шагом, почти бегом, торопилась домой. Не стал останавливать жену, вернулся в свое тело, а потом, прервав эксперименты в лаборатории, срочно отправился домой. Сейчас мне нужно успокоить Наташу, снять пережитый нервный шок. Я боялся, что такой удар по ее слабой психике может повлечь серьезные эмоциональные и волевые нарушения, излечить которые будет очень сложно. С такими мыслями спешил, гнал машину, все увеличивая скорость. Камри как чувствовала меня, резво набирала обороты, послушно вписывалась в повороты. Но все же на одном из них не справилась, я как в замедленном фильме видел ту же картину, как и три года назад - машина слетает с дороги, опрокидывается, а потом боком впечатывается в дерево. Удар, страшная боль, серая мгла поглощает меня.
Глава 9
Я распался на мириады частиц, растворился в сером тумане, бескрайнем и непроницаемом. Казалось, даже мысли мои растеклись по нему, как и эмоции, воспоминания. Вечный покой - бесстрастный и блаженный, - захватил меня, я позабыл обо всем. Не замечал, как проходили годы и тысячелетия, ничто не нарушало полное безмолвие мира теней. Пробудил меня от такого забытья далекий, едва слышимый голос. Он о чем то говорил, но я не понимал ни слова, только чувствовал, что зовет меня. Попытался ответить, но не смог, распавшееся сознание не отозвалось на мой позыв. Только после бесчисленных усилий крохотной частицы, которой я услышал зов, что-то сдвинулось, пылинку за пылинкой начал собирать воедино свое прежнее "я".
Еще тысячи лет титанического труда потратил на воссоздание чего-то цельного, способного мыслить и чувствовать, а потом потянулся на все еще звучащий голос. Как мне удалось вырваться из захватившего мира, не представлял. Просто плыл к своему маяку, пядь за пядью, серый туман же тянул меня обратно, засасывал в омут забвения. А потом сопротивление вдруг пропало, на меня хлынули звуки, запахи, боль, другие ощущения, ошеломившие в первый момент после тысячелетнего безмолвия. Свернул клубочком все чувства, закрываясь от шумного окружения. После, когда немного отошел от перенесенного шока, очень осторожно приоткрылся внешнему миру, страшась и в то же время пытаясь понять его.