АМ: «Это мистика, а вот как получилось, что посторонний сумел стать кукловодом?»
С: «Очень просто. Помог с карьерой паре таких дураков, как тот молодой политик, который привел меня в секту, и как я сам. Создал преданное себе большинство и стал дергать за ниточки».
АМ: «Что из происшедшего за последнее время в экономике и политике области вы считаете результатом целенаправленной деятельности членов секты?»
С: «Ага. Умный вопрос. Я считаю, что все в экономике и в политике области результат целенаправленной деятельности членов секты. Посмотрите вокруг. Поищите, куда деньги плывут, и вы найдете нас».
АМ: «А вы не преувеличиваете? Не развиваете сектофобию?»
С (смеется): «Сектофобию? Да вы давно все ею страдаете! Сектофобия есть, а реальные меры не предпринимаются! Надо их остановить. Надо сделать что-то. Я сказал вам достаточно. Думайте, пока не произошло нечто страшное».
АМ(не без иронии): «Конец света?»
Сатанист не сказал больше ни слова. Он завел мотор и вскоре я оказался в своем кабинете в редакции.
А. Маловичко, «Алхимик», 30 сентября 2003 года.
МЕРКУРИЙ
Из всех пятерых подруг за эти десять лет больше всех изменилась Соня Бочкарева. Изменения коснулись и души, и тела Сони, превратив симпатичную смешливую умненькую девочку в строгую неулыбчивую торгашку средней руки.
Соня родилась в малообеспеченной семье. Мама — медицинская сестра и папа — крановщик на стройке. Ее детство прошло в доме, больше похожем на курятник: одноэтажное строение, вросшее в асфальт и не оснащенное элементарными удобствами. Сейчас Соня только удивлялась, как же они жили? Как мама исхитрялась стирать постельное белье, таская воду из колонки на углу? Сколько же труда вкладывала она в ведение их скромного быта! И благодарность от отца, не сумевшего создать семье условия для более комфортного существования, была всегда одна: крепкий мат с порога и пьяный храп всю ночь напролет! Соня рано осознала — они бедные. Богатые живут лучше. У них большие квартиры, а туалет представляет собой не вонючий холодный скворечник на улице, а теплое помещение с кипельно-белым унитазом и нежно-голубым кафелем.
Когда Соня училась на третьем курсе, папа погиб, свалившись по пьяному делу со стрелы крана. Зачем-то полез туда, выпив с полбутылки беленькой, и... Соня очень удивилась тому, как горевала после смерти мужа мать. Самой девушке казалось, что в их тесных комнатках стало светлее после похорон. Была ли она бездушна уже тогда или только сейчас проявилось это? Или все дело в практическом взгляде на людей, обстоятельства и вещи, присущем Соне с юных лет?
Тогда она мечтала закончить институт, устроиться на работу, но не в школу, а куда-нибудь по административной части. Многие выпускники истфака так и сделали. На такой работе не пропадешь. Только иди вперед, и все у тебя будет!
Вскоре закрутилась перестройка, открывая новые возможности для беспокойных душ. Соня тоже вдохновилась перспективами, сообразив, что можно запросто заработать себе на кооперативную квартиру! Это намного быстрее и проще, чем многолетняя, утомительная карьера административного работника, среди сплетен, дрязг, подсиживаний, подгавкиваний и прочих прелестей существования бюрократической номенклатуры.
В общем, еще учась в институте, она занялась бизнесом. Один знакомый парень стал ездить в Польшу за товаром, который сдавал потом под реализацию в коммерческий отдел ЦУМа. Соня для начала просто вложила в дело некоторую сумму, заработанную летом на практике в пионерском лагере, и получала хороший процент от выручки.
Спустя год после окончания вуза, у нее появилась возможность купить молочный ларек на бойком месте. Продукция поступала напрямую с Гродинского Молзавода №1. В ларьке Соня проработала два года. Прибыль была серьезная, но сама работа продавца ей ужасно приелась. Она терпеть не могла кого-нибудь обслуживать вообще, а тут еще зимой холодно, летом — жарко, ноги болят, спину ломит от перетаскивания тяжелых ящиков с товаром. Словом, когда, накопив денег, Соня прикупила еще один такой ларек, она сразу же наняла продавцов. Свободное время позволило ей заняться ассортиментом товаров и оглядеться вокруг: а чем люди занимаются? Полгода понадобилось для осознания того факта, что она упускает время на рознице, а все умные уже открыли свои продуктовые оптовые склады. И, кроме того, начали торговать алкоголем. Соня продала ларьки и арендовала удобное помещение в разорившемся государственном продуктовом магазине. Через три года она, вместе с несколькими соучредителями, открыла первый в Гродине супермаркет самообслуживания «Лермонтовский».
Параллельно занятию бизнесом, сочетавшим в себе для Сони источник пропитания с хобби, она вышла замуж, родила ребенка и развелась с мужем. На самом деле события личной жизни не слишком затронули ее внутренний мир, где уже было больше цифр, чем тонких чувств. Оставшись с маленьким сыном вдвоем, она и не ойкнула. Просто нашла хорошую няню, мама к тому времени уже умерла, и стала жить как жила раньше.
Она всегда была неромантична и в людях ценила прежде всего деловую хватку. Ее бывший муж был, по мнению Сони, рохлей и мямлей. Жалеть о разводе не было причин. А почему они развелись, она уже и не помнила точно. Соня была одинока, но это было неважно. Главное — она добилась своего. У нее была большая удобная квартира, обставленная современной дорогой мебелью, встроенная бытовая техника на кухне, ванна с гидромассажем, теплые полы, шикарная детская и все, что только Сонина душенька пожелала! Квартира была гордостью Сони, исполнившейся мечтой. Всякий раз, вставляя ключ в замок своей облагороженной металлической двери, Соня испытывала настоящий, несравнимый ни с какими оргазмами, прилив счастья.
Внешность Сони вполне соответствовала складу ее характера. Она была крепкая, невысокая, выносливая. С годами не то чтобы поправилась, а стала основательнее, крепче, тяжелее. Руки у нее были почти мужские — с короткими пальцами и широкими запястьями. Она регулярно делала маникюр, но изящнее они от этого не становились. Такие лица, как у Сони, часто встречались в гродинской округе: выступающие скулы, глубоко посаженные светлые глаза, удлиненный нос, тонкогубый рот, чуть скошенный подбородок. Волосы цвета благородной мыши были жидковаты, и только старания мастера из дорогого салона красоты по праздникам немного помогали скрыть это.
Неинтересная внешность, но и это было не очень важно. Соня не модель, внешность ей ни к чему.
Важно было только ее дело. Оно процветало — процветала и Соня. Для себя она открыла грубую прелесть больших денег и все перспективы и возможности, даруемые хрустящими купюрами. Никогда раньше Соня не была жадной или алчной, а сейчас она влюбилась в деньги и понимала: это выбор на всю жизнь!
Первого октября у сына Сони, Игорька, был день рождения. Она сидела в своем удобном кабинете, за своим практичным директорским столом, и решала задачу: как успеть к четырем часам в детское кафе «Лакомка», если в три у нее встреча с новым поставщиком? Она никогда не доверяла своим менеджерам право первой встречи, исключая соблазн получения ими откатных денег. Не надо лишний раз искушать своих работников!
У нее был свой метод выбора поставщиков. Соня заранее знакомилась с продукцией потенциального партнера, потом созванивалась с ним, еще не предлагая сотрудничества, а только прицениваясь. Попутно она проверяла надежность заинтересовавшего ее предприятия. С посредниками старалась не работать.