– Ты что, пришла сюда одна?
– С чего ты это взял?
– Я подумал, что если бы ты была здесь с кем-то, то наверное предупредила бы этого человека, что уходишь, – пожал плечами Герман.
– Я пришла сюда с друзьями. Они ушли курить и оставили меня одну. Но прошло уже достаточно много времени, а они даже не спросили где я. Так что не думаю, что вообще стоит говорить им, что я ушла. Они даже не заметят этого, – с грустью вздохнула я.
– Даша… – Герман взял мою руку и поднёс ее к губам. Он поцеловал каждый палец, так нежно и легко. – Не грусти из-за друзей.
– Мне больше и не грустно, – улыбнулась я.
– Куда пойдём? – спросил Герман, когда мы вышли на улицу.
Когда мы с Викой выехали в клуб, снег перестал идти, а лёгкая простынь, которой он укрыл землю, почти растаяла. Но сейчас крупными хлопьями снежинки повалили вновь.
– Пойдём гулять, – и я, весело смеясь и ловя снежинки языком, побежала, утягивая его за собой. И он побежал вместе со мной. Мы веселились и в тот момент были абсолютно точно самыми счастливыми людьми в этом мире.
Темными ночными улочками мы пробрались к набережной. Деревья вдоль нее были украшены желтоватыми гирляндами. Яркие огни ночного города отражались в реке, и мы долго стояли и смотрели, как в них растворяются снежинки, смешиваясь с речной водой.
– Ты замёрзла?
– Это еще почему? – я тут же постаралась унять дрожь. Я и вправду замёрзла, но говорить об этом не спешила: Герман тут же отправит меня домой, а мне так не хотелось прерывать этот сказочный момент.
– Ты вся дрожишь. Я вызову такси.
Я угадала.
– Но мне нельзя домой, – пробормотала я.
– Почему?
– Я сказала маме, что иду ночевать к Вике. И если сейчас приду домой, то разбужу родителей, начнутся вопросы…
Меньше всего я хотела, чтобы он принял меня за какую-то маленькую девочку, которая врет родителям и ходит на тусовки. Нет, моя мама абсолютно нормально относилась к клубам, просто сейчас я не хотела забивать ей голову. В конце концов я ведь и правда собиралась остаться ночевать у Вики. Но разве объяснишь это Герману? Я думала, он станет смеяться надо мной, но вместо этого он сказал:
– Тогда поедем домой ко мне. Ты давненько не ночевала в моем доме.
– Ну, если ты не против, – улыбнулась я.
Через полчаса мы уже были у него.
– Пойдём наверх, тебе наверняка не во что переодеться. Подыщем тебе что-нибудь, – сказал Герман, помогая мне снять пальто. Сегодня что, день чужой одежды?
Но я конечно же не стала с ним спорить. Шуточная мечта походить в его футболке, наконец-то сбылась. Он дал мне темно-серую. Она была свежей и чистой, но все равно пахла Германом. Я закрылась лицом в мягкую ткань, жадно вдыхая этот аромат.
– Эй, маньячка, – по-доброму рассмеялся он, – переодевайся, а я пойду и заварю чай. Тебе нужно согреться.
Я подошла к большому, во весь рост, зеркалу, стоявшему в углу его комнаты, и завела руки за шею, чтобы снять цепочку. Я даже не заметила, как сзади оказался Герман. Он нежно убрал копну моих волос за плечо, а затем – расстегнул замок цепочки. Он был выше меня сантиметров на двадцать, и его серые глаза через зеркало смотрели прямо в мои. Он зарылся носом в мои волосы, и я почувствовала тепло мягких губ на затылке. Его руки опустились мне на талию, и по телу пробежал ток. Герман нежно развернул меня к себе и поцеловал. Сначала несмело, потом все напористее. Он вновь сводил меня с ума. Это было новое, доселе неизвестное мне ощущение. Я не испытывала его даже с Туре.
– Ну, а теперь переодевайся, – сказал Герман, отстраняясь. – Я ушёл.
Я осталась в комнате одна. Неспешно переодела платье, продолжая разглядывать себя в зеркало. Футболка Германа была совсем короткой и не доходила даже до середины бедра. И мне это нравилось. Особо высокой самооценкой я никогда не отличалась, но сейчас, глядя на тонкие, стройные ноги, и представляя, как Герман тоже будет на них смотреть, я вновь понравилась самой себе. И хотела нравиться ему. Быть для него привлекательной. Хотела, чтобы он желал меня. Одна мысль об этом будоражила мое сознание. Боже, и когда только все успело так поменяться?
Я влезла в тёплые шерстяные носки, которые он оставил мне вместе с футболкой, и сбежала по лестнице. Из кухни доносился приятный аромат имбиря.
– Я приготовил твой любимый имбирный чай, – сообщил Герман, не оборачиваясь, когда я появилась за его спиной. – С мёдом.
– Откуда ты знаешь, что имбирный чай – мой любимый?
– Ты носила термос с имбирным чаем на каждую пару, и его запах распространялся не то что на всю кафедру – на весь университет. Так что я лишь предположил…