Я покачала головой.
– То есть как – нет?
– Я уехала… – начала я, но так и не смогла закончить предложение.
– Погоди-ка, – Вика взяла меня за плечи, – он что, что-то сделал тебе? Боже, какая же я идиотка! Зачем я оставила тебя одну?
– Он ничего мне не сделал. Я даже не видела, кто это. Я его не нашла. Опять.
– Но тогда куда ты пропала?
– Я уехала с Германом, – выдохнула я.
Подруга медленно опустила руки и открыла рот.
– С кем-с кем ты уехала?
– С Германом, – повторила я. – Когда бармен отдал мне коктейль с запиской, я поднялась в туалет, чтобы вылить его в раковину. И потом не знаю, почему я так сделала, но что-то дёрнуло меня спуститься обратно по пожарной лестнице. И ты не поверишь, я встретила там Германа. Он сидел на лестнице и курил.
– Герман? В ночном клубе? – подруга громко рассмеялась, и ее смех был скорее похож на истерический.
– Я тебе больше не буду ничего рассказывать!
– Ну все, все, прости. Просто мне кажется, что я попала в какой-то фантастический мир.
– Хочешь верь, хочешь – не верь, но это правда.
– Да верю я тебе, верю. Так что было дальше?
Я молчала, с трудом скрывая свое смущение. Вика пристально посмотрела мне в глаза.
– Только не говори, что он снова тебя спасал, – предупредила она.
– Я поцеловала его, Вика.
Она медленно приблизилась ко мне, продолжая глядеть ошалелыми глазами.
– Что ты сделала? – прошептала подруга.
– Что слышала, – буркнула я. – А потом мы решили уйти из клуба, долгое время гуляли по центру, замёрзли и решили поехать к нему.
– О-бал-деть. Если ты, Рыбникова, записалась на участие в шоу «Удиви подругу», поздравляю, у тебя первое место!
Я едва могла сдержать улыбку. Наконец-то можно было выплеснуть эмоции, которые переполняли меня последние двенадцать часов. Рассказав подруге о произошедшем, я почувствовала огромное облегчение.
– Ну а дальше что было?
– Да ничего особенного. Мы не переспали, если ты об этом! – поспешила пояснить я, глядя на хитрый взгляд Вики. – И еще сегодня вечером он позвал меня на свидание.
– На свидание! – взвизгнула подруга. – А он даже не козел, оказывается! Значит, у вас с ним все серьезно?
Я вновь улыбнулась, не зная, что ответить на этот вопрос. Серьезно ли у нас все? И если да, то насколько? В конце концов, он не оттолкнул меня, позвал на ужин и так чувственно целовал сегодня утром. Наверное, это все-таки что-то значит.
– Да ты вся сияешь! Поздравляю, подруга, кажется, ты влюбилась!
Я пожала плечами.
– Если у вас завяжутся отношения, это будет пушка! Все дуры с курса обзавидовались бы!
– Только ничего и никому не говори! Никто не должен об этом знать.
– Ты за кого меня принимаешь, Рыбникова? Я же не тупая. Буду всего лишь тихо злорадствовать в сторонке, глядя, как у них слюни текут, когда мимо проходит наш Герасим. Блин, Дашка, я так за тебя рада!
– Еще, Вик, я кажется обидела Ромыча. Видимо, ты была права.
– В смысле?
– Он позвонил мне сегодня. Вернее, он звонил мне десять раз – больше всех. И когда на одиннадцатый наконец дозвонился, я зачем-то ляпнула, что уехала из клуба с парнем. Он бросил трубку.
Подруга вздохнула.
– Если он узнает, что это Герман, то и вовсе возненавидит меня.
– Мы ему не скажем, – заверила меня подруга.
Глава 22
ГЕРМАН
Утром в понедельник я проснулся от настойчивого звона будильника. За время больничного я настолько привык к отдыху, что сейчас хотелось как можно скорее избавиться от назойливого телефона и снова провалиться в объятия Морфея. Я совсем отвык вставать в шесть утра.
Протер глаза, включил ночник и лениво сел на кровати. Из-за толстых штор в комнату не проникал ни один лучик света, да и светать за окном с приближением зимы стало намного позже. Я откинул одеяло в сторону и нехотя выбрался из теплого укрытия. Взял из шкафа выглаженные темно-серые брюки, медленно застегнул белую, точно свежевыпавший снег, рубашку. Еще со вчерашнего вечера в холодильнике остались сэндвичи с плавленным сыром. Положил на тарелку сразу два и отправил в микроволновую печь. Сам же в это время, сунув ноги в старые «Кроксы», выглянул на улицу. Примерно так и проходило каждое мое утро.
Достал из кармана брюк пачку сигарет и закурил, пока на кухне грелся завтрак. Дым наполнил легкие, приятно пощипывая где-то в глубине. Было довольно холодно – температура едва переваливала за нулевую отметку, поэтому в одной лишь тонкой рубашке мне очень быстро стало холодно. Я даже пожалел, что не накинул что-нибудь сверху, но сигарета тлела достаточно быстро, а возвращаться домой не хотелось.