– Хорошо, если хочешь на Камчатку – поедем на Камчатку.
– Ты серьезно?! – взвизгнула девушка. – Правда согласен? Боже, мы едем на Камчатку! Знаешь, а увидев ее, вполне себе можно и умереть!
– Три недели, – я крепко сжал ее руку, тем самым ставя печать на нашей идее. – У нас есть двадцать один день, чтобы уладить все проблемы здесь.
– Каков наш план?
Я хищно улыбнулся. Это было так странно – просто бросить все, и я едва мог бы подумать, что такое бывает в жизни. Но только что мы решили бежать. Это было не сказкой, не выдумкой. Мы просто уедем. Это волнительно, страшно, но в то же время невероятно захватывающе.
– Для начала – сообщить о путешествии твоим родителям.
– Стой, – воодушевлённо воскликнула Даша и подбежала к грифельной доске, висевшей на стене возле холодильника. – Мы должны все записать. Итак, пункт первый: знакомимся с родителями и сообщаем им о нашей «поездке выходного дня».
Развалившись на мягком кресле, я с интересом наблюдал за ней. В глазах этой девушки было столько энтузиазма, что его хватило бы на то, чтобы утопить в энтузиазме весь мир. Она была такой счастливой, такой энергичной, что я невольно позавидовал самому себе. В ее глазах горел огонь. Его хватало, чтобы согреть нас обоих. Растопить то, что я так долго подавлял в своей душе.
– Ты уверена, что твои родители захотят со мной знакомиться? – не мог не спросить я, продолжая упиваться ее красотой.
– Слушай, тебе всего лишь двадцать семь, а не пятьдесят. И совершенно точно у тебя за спиной нет багажа в виде жены, детей и алиментов.
– Но я твой препод!
– Бывший препод. Я думаю, мама меня поймёт. В конце концов, рано или поздно я закончу этот ВУЗ, и нас не будет связывать ничего, касающегося учебы. Или заберу документы прямо сейчас.
– Ладно, допустим, – уступил я, – тогда пункт два – уволиться с работы и закрыть долги по учебе.
– Отлично. Пункт два – уволиться с работы… – повторила Даша, выводя слова мелом на чёрной доске.
– Знаешь, – усмехнулся я, – если однажды аноним проникнет в мой дом, то весь наш план окажется у него перед глазами.
Она не смогла подавить нервный смешок, но продолжила писать.
– Пункт три – составить список необходимых вещей и купить их.
– Пункт четыре – уехать!
ДАША
Протаптывать почву к успешному выполнению пункта номер один я начала в тот же день. Домой получилось вернуться не многим раньше родителей – не успела и переодеться в домашнюю одежду, как в замочной скважине зашуршал ключ.
– Ты недавно пришла домой?! – воскликнула мама, но в ее голосе не было злости. Кажется, она просто устала со мной бороться.
– Ну да, – невозмутимо ответила я.
– Чем вы занимались с Викой почти целые сутки? Нет, я понимаю, если бы у тебя появился мальчик, но с подругой…
– А что если и появился? – я пошла в наступление.
Мама, прежде расстёгивавшая сапог, медленно выпрямилась, так и оставив его расстёгнутым лишь наполовину. На нахмурившимся лбу выступили мелкие морщинки.
– А с этого места, пожалуйста, поподробнее.
– Да так, ничего особенного, – будто бы между делом бросила я. – Ладно, я к себе.
Я знала, что она поднимется в мою комнату. Мама буквально ворвалась в нее вместе с ароматом Гуччи Флора и свежестью зимнего дня.
– Кто он? – сдвигая мягкие игрушки, которыми была заполнена моя кровать, она присела рядом.
– Ну-у… – смущенно протянула я, ковыряя носком край ковра, – не то что бы он совсем мальчик…
Мама молчала, и продолжать мне было неловко. Вся смелость вдруг разом куда-то испарилась, оставляя место напряжённости.
– Он на шесть лет старше меня. Ему двадцать семь.
– Подумаешь! – облегченно выдохнула мама, словно ожидала, что я скажу ей, что влюбилась в женатого мужчину с десятком детей. – У нас с папой разница в возрасте почти такая же.
– Он хирург, – продолжила я, выкидывая козырь. Знала, чем подкупить мамину медицинскую натуру.
– Хирург? Да ладно?! А как его зовут? Может быть, я его знаю?
Начинается. За двадцать один год жизни с мамой-врачом я четко усвоила одну вещь: кажется, в медицинском мире все друг друга знают. Через знакомых или знакомых знакомых, но здесь обязательно можно найти нужную ниточку, бесплатно проконсультироваться с любым специалистом или за коробку конфет пройти любое обследование.
– Герман Андреевич Северянин. Вряд ли ты его знаешь, мам.
– Герман Андреевич…
– Он преподаёт на кафедре в нашем университете.
– Так, стоп, ты что, закрутила роман с преподавателем?
– Мам, только не начинай.