– Ага, мам. Ну все, пока, нам уже пора ехать.
С этими словами я сбросила вызов и выдохнула. Я сделала это, и на душе стало чуточку легче. Мама спокойна, дальнобойщик ничего не заподозрил, а мы можем ехать дальше.
Днём солнце начало припекать, и в салоне автомобиля стало совсем жарко, так что пришлось сбавить обороты печки на пару градусов. Этот Новый год будет необычно тёплым. Я не припомню такого за последние лет десять.
– Мне так нравится! – сладко потянулась я, когда мы оставили позади очередной городок. – Скорость. Музыка. Свобода. Это такой драйв!
– Когда я устану, поведёшь ты, – напомнил Герман. Я не возражала. Ездить по трассе я обожала. Здесь не нужно ни о чем думать. Просто едешь прямо, и никаких светофоров, пешеходных переходов и лежачих полицейских. Только скорость и свобода.
– Знаешь, я тут думала… Может быть, медицина – это не мое? Может там, куда мы приедем, мне стоит заняться чем-нибудь другим?
– Почему ты так решила? – спокойно спросил Герман.
– Я устала за эти полгода. Постоянно учеба, учеба, учеба! Приходишь в универ – учеба, идешь домой – снова эта проклятая учеба. Я так устала.
– Не знаю, Даша. У нас есть время. Ты должна сама понять, что тебе нужно. Чего ты хочешь. Я думаю, тебе просто нужна перезагрузка. Ты слишком много училась, третий курс всегда самый тяжёлый. Дальше будет легче.
– Все так говорят, – вздохнула я.
– Ты одна из лучших студенток, которые учились у меня за все время, что я работаю на кафедре. Это не приходит просто так. Оно идет из души, из сердца. Если ты пришла в медицину и отдавалась ей с такой любовью, значит, это не просто так. Я просто хочу сказать тебе: не спеши принимать преждевременных решений. Тебе нужна передышка.
– Ты такой мудрый. Хотела бы и я быть такой.
Он убрал правую руку с руля и крепко сжал мою ладонь.
Первый крупный город встретился на нашем пути, когда на улице уже смеркалось. Он гудел, шумел, сверкал своими огнями. Мы решили, что было бы ошибкой не остановиться в нем хотя бы на часок, ведь ни Герман, ни я никогда не бывали здесь прежде.
Мы припарковались недалеко от городской набережной. Огромный светящийся мост соединял два берега крупной реки. По улочкам куда-то спешили люди. Сверкали гирлянды на окнах кафешек и ресторанчиков. Нами было принято обоюдное решение поужинать в одном из них: печёная картошка, которую мы захватили из дома, уже давно переварилась в наших желудках, и голод снова давал о себе знать. Из всего множества выбрали итальянский. Нам обоим была близка кухня этой страны: пицца, паста…разве могло человечество придумать что-то более вкусное?
В уютном ресторанчике не было почти не души. В предновогодней суете люди спешили доделать дела уходящего года, приготовить что-то вкусное к столу, нарезать салаты. Им было не до ресторанов, поэтому в помещении мы вновь были почти одни.
– Мы закрываемся через полтора часа, – учтиво напомнил официант с тёмными усами и волосами, собранными в хвост. На вид – типичный итальянец.
– Нам понадобится меньше времени, чтобы съесть наш ужин, – заверил его Герман.
Вдоволь насытившись блюдами итальянской кухни, мы решили немного прогуляться по набережной. Где-то вдалеке светилась карусель, почти у каждого магазина или кафе стояла украшенная ёлка. Наверное, сейчас, в эту минуту меня впервые посетило то самое пресловутое новогоднее настроение. За всеми хлопотами, учебными делами и сессией, которую нам на удивление решили устроить до Нового года, я совсем не заметила, как декабрь подошёл к концу.
Глава 28
ДАША
Когда мы покидали этот прекрасный город, за рулём минивэна «Ниссан» сидела я. В наших планах было встретить Новый год в мотеле, который находился за несколько сотен километров отсюда. По расчётам, которые Герман произвёл, пока мы ждали ужин, мы должны были успеть доехать до туда примерно к половине двенадцатого – за полчаса до наступления Нового года. Но с каждой минутой я все больше и больше сомневалась, что нам это все-таки удастся.
– Навигатор показывает, что ехать осталось восемьдесят километров, – сообщил Герман, когда часы показывали одиннадцать-двадцать.
– Но здесь разбитая дорога, и я не могу ехать быстро, иначе твоя старушка развалится ко всем чертям, – заметила я.
– Скоро она выйдет на крупную трассу, можно будет нагнать.
Но когда до наступления Нового года оставалось пятнадцать минут, мы по-прежнему были слишком далеко от мотеля, хоть дорога и вправду стала намного лучше.
– Знаешь, походу, нам стоит притормозить, – сказала я, когда цифры на часах поменялись на одиннадцать-пятьдесят четыре, – зажечь фейерверки и попробовать поймать Интернет, чтобы посмотреть обращение президента.