Конечно, время от времени я прогуливала школу, пару раз дралась, но никогда не пыталась скрыть что-то, если облажалась.
Честность у меня в крови. Поэтому то, что Даня был тайной последние восемнадцать лет, медленно убивало меня. Я ненавидела скрывать его, и до сих пор ненавижу. Я не люблю ложь. Она разъедает душу и лишает возможности двигаться вперед. Единственная причина, по которой я выживаю, - ответственность перед сыном. Хотите верьте, хотите нет, но я старалась привить ему ту же мораль, что прививалась мне родителями: будь честным.
Он знает, что я всегда поддержу его. Я просто прошу его говорить мне правду, какой бы она ни была. Он знает, что я ненавижу секреты, хотя они у меня есть. Даня имеет представление о гораздо большем, нежели положено парню его возраста, но я подумала, что если хочу от него честности, то должна давать ее же в ответ.
- Мы можем обсудить все, что ты сказал на сцене прямо сейчас, - говорит Кирилл, возвышаясь над Никитой, сидящим рядом с братом на пластиковом стуле. - Но если ты не против, давай сделаем это позже, дома.
По иронии судьбы, мы находимся в той же самой подсобке, в которой полчаса назад я и Кирилл занимались сексом. Мальчики должны были исполнить еще две песни до завершения своего выступления, поэтому я заставила Кирилла остыть, пока они не закончат.
- Все нормально, пап, - Никита кивает головой, как бы подтверждая свой ответ. - На самом деле, я бы предпочел никогда больше не вспоминать об этом.
- Сынок. Все явно не нормально, если ты чуть не умер из-за алкоголя, - Кирилл опускает голову, а его пальцы разминают виски. - Черт.
- Почему я не знал об этом? - строго спрашивает Костя, уперев руки в бока и нахмурив брови. Его взгляд прикован ко мне, а глаза потемнели. Он в ярости, это очевидно.
- Почему ты не знал? - Кирилл смеется, в его тоне нет и следа веселья. - Почему я не знал?! - он опускает голову и закрывает глаза. Костя делает шаг вперед. - Если ты прикоснешься ко мне прямо сейчас или подойдешь на расстояние вытянутой руки, я разорву тебя на куски.
Кирилл вскидывает голову, его голубые глаза пылают яростью.
- Ты еще многого не знаешь, - говорит Костя, пытаясь образумить своего лучшего друга. - Все случилось… неправильно. Я знаю, что ты сейчас злишься на меня, но пошел ты!
- Пойдем, - Даня поднимается со стула и зовет Никиту. - Мне нужно свалить отсюда.
- Сядь на место, - приказывает Кирилл, не сводя глаз с Кости. Мой взгляд опускается в пол. Мы оба видим, как дрожат руки Кирилла.
- Нет, - говорит Данил, делая шаг к Никите и отходя от отца.
Кирилл хватает нашего сына за плечо, не давая ему сделать шаг к задней двери.
Я стою, сытая по горло этими играми. Денис все это время молчит. Сожаление в его глазах только усиливается с тех пор, как мы увиделись сегодня утром.
- Отпусти его, - говорю я. - Пусть идут, - мои глаза встречаются с глазами Дани, и его сдержанность заставляет меня гордиться им. - Сразу домой. Понятно?
- Они никуда не пойдут, - огрызается Кирилл, но Данил выхватывает руку, обходя нас и утягивая брата к выходу. - Все останутся здесь, пока я не получу ответы.
- Вряд ли ты получишь их сегодня, Кирилл, - признаюсь я. - Ты точно не получишь их, пока эти двое здесь, - я киваю головой, приказывая обоим мальчикам уходить. - Я не шучу. Лучше бы вам обоим быть дома, когда я вернусь.
Я слышу, как с губ Кирилла слетает разочарованный вздох, но мальчики делают то, что я говорю, и выходят.
Достав из заднего кармана телефон, я отправляю сообщение, предупреждая Раису Николаевну, маму Кирилла. Лучше я скажу ей сама.
Я: Кирилл знает о Дане.
Раиса Николаевна: Как?
Я думала, что буду чувствовать радость, если этот момент когда-нибудь наступит, но нет. Только печаль.
Я: Все нормально, не переживайте. Я подумала, что лучше вам узнать это от меня.