Выбрать главу

- Привет. Спасибо, ты тоже ничего, - легко улыбнулась я. - Так значит Белозёровы в курсе новой жительницы?

- Естественно, босс лично позвонил им, - ответил парень.

 Я почувствовала между рёбер укол обиды, так как он мне ни разу не позвонил, да и вообще написал лишь три раза за всю неделю. Но тут же отбросила мысли в сторону. Что ж, значит так надо.

- Так мы пошли? - повернулся Егор к Тине.

 Миленькое личико скривилось, отчего тонкие черты лица заострились. Тут стальные глаза уставились на меня и мой наряд, и весело сверкнули.

- Знаешь, занеси мои вещи сам и передай извинения хозяевам дома, а Мира меня пригласила присоединиться к их девчачьей тусовке. Так ведь? - сладко улыбнулась француженка, хоть и акцента я не чувствовала в её голосе, но было слышно, что ей трудновато выговаривать букву "р".

 Я немного растерялась, но всё же выговорила:

- Эм... да, конечно.

 Глаза парня разъяренно сузились, когда он посмотрел на Тину.

- Ты только что это придумала, Тина, и вынудила Миру подтвердить, лишь бы не оставаться со мной наедине.

- Извини, но я не настолько мастерски лгу, как ты мне, когда ездил трахаться с этой лошадью, - ощетинилась тут же девушка, утыкая острый ноготок ему в щёку. - А теперь будь послушным пёсиком, раз уж тебя прислали быть таковым, и выполни мою команду, Шарик.

 Егор, грязно выругавшись, быстро пошёл в подъезд, таща чемодан за собой. Тина проводила его долгим презрительным взглядом и отвернулась.

- Спасибо, что сказала это, - сказала она через какое-то время.

- Не за что. И ты правда можешь поехать с нами. Тем более, когда мы будем жить вместе в доме Белозёровых пару дней, - ответила я, чувствуя как на меня недовольно смотрит Паша. Да, она точно будет не в восторге, что с нами поедет красноволосая эльфийка.

 Тина задумчиво посмотрела на меня, а затем на окна многоэтажек, на гладкой поверхности которых играли последние лучи закатного солнца. Всё-таки летом солнце садилось поздно, хоть сейчас и было около восьми часов вечера.

 Если честно, то меня немного напрягало, что за последние полтора месяца у меня появилось столько знакомых, сколько не было за всю жизнь. И Тина и её откровенно стервозный характер меня настораживали, но я почему-то решила, что она будет уместна в нашей компании. Неожиданно поймала себя не мысли, что я начинаю вживаться в этот мир не как проходной персонаж, а как ключевая фигура.

- Хорошо.

 

***

Спустя шесть часов

 Я была не пьяна это точно, но какой же был для меня сюрприз проснуться в машине и увидеть... с детства знакомый парк, посвященный ветеранам Великой Отечественной Войны. Хотя, может мне кажется? Присмотрелась. Нет, не кажется! 

- Что за?.. - в шоке выдохнула я, убирая с себя пиджак, в который закуталась.

 Помню, что почувствовала себя третьим колесом, да и натанцевалась, поэтому засобиралась домой. Егор был пьян и кидал злобные взгляды на Тину, которая как и я, и Алекс не пила. Паша всё время увлекала обаятельного вора на танцпол, не давая и близко приблизиться к красноволосой стервочке, которой, похоже, вообще было пофиг на парней, поедающих её глазами в буквальном смысле. Мы же с Тиной пили безалкогольные коктейли и разговаривали на разные темы: сначала о России и Франции, Гражданской войне и истории, а потом перешли на детство и юность.

 Когда я хотела вызвать такси, то француженка сказала, что сама меня отвезёт и отобрала ключи у Егора, которого можно было смело вывозить из бара, ибо сам он был не в состоянии укатить. Я почувствовала как захотелось задремать и уснула. В последнее время машины на меня нагоняли сон.

- О, проснулась, - прощебетала Тина, влезая в машину со стаканчиками кофе. 

- Что мы делаем в моём городе? И как ты вообще сюда нас довезла, ты же из Франции, блин, - сухо проговорила я, беря стаканчик.

- У меня есть навигатор, как у любого современного и самостоятельного человека. Да и ты сама столько говорила о своём городе. А когда Егор сказал, что он занимается твоими документами, визой и паспортом, ты взгрустнула и сказала, что паспорт твой спёрла коварная подруга или что-то типа того.

 Я потёрла макушку и с легким сарказмом проговорила: