- Поступать с мужчинами так, как они поступают с ненужными им женщинами, - проговорила я, поняв её политику насчёт отношений. - А если один из них всё-таки достоин, чтобы покорить тебя? Но ты его просто оттолкнёшь, ведь мужчины - гордый народ.
- А я нет? - вскинулась она. - Да и я дала шанс Егору. И что вышло? Он мне изменил, - холодно отозвалась Тина, качнув упрямо головой. - Нет. Одной спокойнее. Никто мне не сделает больно и я могу всегда рассчитывать лишь на себя.
Дальше уже разговор совершенно не клеился, да и в принципе позиция девушки мне была понятна. Но всё же по мне это было чересчур жёстко. Хотя, может, потому что у меня, кроме Айдара, никого никогда и не было, а у Тины было достаточно отношений, об которые она не раз обжигалась, то мне же просто не с чем и не с кем сравнивать. Тогда с этой стороны мне будет трудно непредвзято размышлять на эту тему.
А вообще каждый имеет на право скрытия своих скелетов в шкафу и собственное мнение, так что не буду донимать Тину. В конце концов, главное, что она неплохая и умная девушка, у которой была нелёгкая судьба и которая умеет давать сдачи.
Когда мы доехали до клуба, то я отлепила кусок ваты от пластыря и заклеила простыми бактериальными пластырями рану. Закрыв волосам рану, поняла, что не так уж и плохо выглядит... только костяшки ободрались, налились синяками, а отёк так и не спал.
Эта ночь научила меня, что доверять нельзя никому. Даже себе. Никто из нас не знает, как мы поведём себя в критической ситуации, потому что, к счастью, редко попадаем в такую яму или же кто-то никогда. Кого спасём первым: себя или же другого человека. Ситуация, когда нас прижимают к стенке безвыходности, опасна тем, что мы не знаем, кто в нас проснётся: трус, монстр или же инквизитор.
***
Красноволосая миниатюрная девушка сидела на высоком стуле у бара и маленькими глотками отпивала горячий крепкий кофе. Горьковатая жидкость жгла язык, но за эти сутку она так устала, что практически этого не чувствовала. Единственное, что ей не давало уснуть за рулём, так это глубокий порез на плече, который иногда отдавался острой болью.
Дисплей телефона настойчиво засветился светом, а смартфон навязчиво зажужжал, перебивая её мысли. Мельком глянув серебристым глазом на экран, она просто сделала беззвучный режим и закрыла красной салфеткой фотку с отцом.
"Поверь, что сплю я, папулечка. Удивительно, что ты не спишь в три часа ночи и звонишь мне. Или совесть замучила? В любом случае, тебе полезно пострадать", - раздражённо подумала девушку, когда телефон второй раз зажужжал. Во Франции была глубокая ночь и она не хотела принимать этот звонок от отца сейчас. Тем более, хорошие звонки, полные радостных новостей - не беспокоят ночью
Когда телефон умолк, она отпила ещё глоток и посмотрела на пустую сцену, где рыжеволосая вздорная девушка требовала сделать у откровенно уставшего администратора музыку громче и лезла обниматься то с высоким брюнетистым парнем, то с смеющейся красивой шатенкой.
Француженка покачала головой. Да, судя по взгляду управляющей их скоро отсюда попросят, а так девушка хотя бы успела выпить кофе.
Неожиданно кто-то рядом с сел. Ноздри девушки уловили еле слышный запах дорогих мужских духов, а затем она расслышала тихое уверенное дыхание. Даже не поворачивая головы, Селест поняла кто сел рядом.
- Я никому не говорила, что ты сегодня приехал. Да и сделала, что ты просил, - сказала она, поворачивая голову в сторону мужчины. - Но и без последствий не обошлось.
- А должно было обойтись, - жёстко отозвался завораживающе-хрипловатым голосом собеседник.
- Нет в мире идеального плана, - произнесла девушка, помешивая ложечкой чёрную массу в белой чашечке. - Тем более, дальше уже была не моя инициатива, Кесарь, но свою задачу я выполнила.
- Именно поэтому, я выполнил и своё обещание, - ответил мужчина, щуря золотисто-зелёные глаза. - Мои адвокаты уже начали работать, чтобы выпустить двух мужчин, что интересовали тебя, из-под решётки. Хотя я не понимаю зачем тебе ратовать за то, чтобы выпустить этих двух мерзавцев на свободу, когда твой отец наоборот всеми силами делает всё, чтобы они сидели пожизненно. Ты же понимаешь, Селест, что у меня будут проблемы, если твой отец узнает, что я мешаю ему в его... скажем так, не особо приятных делах?