- Мира, мы едем! - коротко сказал Хлыст.
И хоть я была босой, а машина была в километре от меня, но я преодолела это расстояние настолько быстро, что мне мог бы позавидовать любой олимпийский чемпион. В воздухе ужасно пахло гарью и чем-то ещё, отчего во рту образовался горький привкус.
- О боже-боже! - проревела я, подбегая к лежащему телу в ста метрах от джипа. Надеюсь, это он успел выпрыгнуть, а не потому, что его отрикошетило от взрыва. - Айдар! - пронзительно закричала я, падая на колени перед ним.
Мужчина был непривычно бледен, а кровь сочилась из безвольной повисшей головы. Белая, порванная и подпалённая в некоторых местах рубашка полностью окрасилась в алый. На покрытых синяками и ссадинами руках торчали осколки стекла. И самое страшное... он не дышал.
- Нет-нет-нет, только не это, - шептала безостановочно я, вытаскивая осколки, вошедшие глубоко в мясо. - Пожалуйста... только не ты, - всхлипнула я.
Рыдая, я положила два пальца на шею, пытаясь нащупать пульс. Больше всего на свете я боялась, что не почувствую его. Дрожащие пальцы лихорадочно щупали его шею, пока, наконец, не почувствовали слабое биение. Пачкая руки в крови, расстегнула ворот рубашки, чтобы кислород мог поступать свободно в лёгкие.
Судорожно выдохнула; я, встав на ноги, аккуратно приподняла его за туловище и потащила подальше от джипа, так как из-под крышки капота опять повалил тёмный дым, а в воздухе запахло газом и машинным маслом.
Пыхтя, я еле-еле смогла оттащить на десять метров тело Айдара, пока землю снова не сотряс новый взрыв. Упав от силового удара, я проследила за тем, как полыхающая огнём крышка капота взлетела высоко над нами.
- Есть кто живой? - раздалось сверху на дороге.
- Да! Да! Помогите мне, пожалуйста! - закричала я.
В следующую секунду крепкий мужчина средних лет быстро скатился вниз. Вместе мы смогли затащить наверх его. Светловолосая женщина, его жена, вытащила из машины аптечку и чётким голосом скомандовала:
- Коль, расстегни ему рубашку.
Мужчина быстро исполнил ему сказанное. Я вскрикнула, увидев огромную гематому на правом боку и то, какими рваными движениями губ мужчина хватал воздух ртом.
Жена мужчины перевернула его на пострадавший бок и достала пару рулонов эластичного бинта, наказав мне:
- Посиди немного, девочка. Мы сейчас сами сделаем, что можем для него, а потом отвезём вас в больницу. Ты сама как себя чувствуешь?
- Нормально. Вы... в-врач? - спросила я дрожащими губами.
Николай осторожно приподнял Айдара в полусидячее положение, чтобы женщине было удобнее обматывать бинтом туловище бессознательного мужчины.
- Незаконченное медицинское, но знаю, что надо делать при закрытом переломе рёбер. Вот только боюсь, что у него началось внутреннее кровотечение, - вздохнула она. Семейная пара снова уложила Айдара на тот же бок. Мужчина начал набирать номер скорой помощи.
- Они уже едут, - сказал Николай. - Похоже, кто-то из здесь проезжающих успел вызвать скорую помощь.
Неожиданно раздался рёв двигателей. Я обернулась и увидела, что за чёрным мощным пикапом ехала вереница машин, в которой мелькнул знакомый тёмно-синий "бентли". Это выглядело по-настоящему пугающе, в особенности, когда все резко затормозили в метрах десяти от нас.
Я облегчённо выдохнула из себя воздух, когда увидела знакомые лица. Резко накатившая слабость вместе с маленькой частичкой спокойствия утянули моё сознание куда-то в промозглую темноту...
***
От моих мыслей меня резко отвлекла чья-то ругань и крики. Механическим движением я повернула голову в сторону, откуда доносился источник шума. Двери резко распахнулись, являя взъерошенную, бледную Пашу с заплаканными красными глазами.
- Мира! - закричала она, увидев меня. В следующую секунду она оказалась рядом. - Что с Айдаром? Операция закончилась?.. Что... Почему?..
Слёзы текли из карих глаз настолько же быстро, как она говорила. Дрожащая и бормочущая девушка под конец монолога разрыдалась. Я, еле сдерживая слёзы из глаз, обняла её. Всем тем, кто находился в больнице, была небезразлична жизнь Кесаря и все мы с содроганием ожидали новостей.
- Боже мой, - всхлипнула Паша, кусая с силой костяшки кулака. Чёрные ресницы нервно трепетали на щеках, словно крылья бабочек. - Надеюсь, всё будет хорошо и... ведь ближе и роднее его у меня нет. Я... я просто не смогу дальше, если лишусь и его, Мира. Айдар - моя семья... - шептала она, кусая губу.