Не глядя ни на кого, я быстро начала спускаться по лестнице. Возмущение, злость и ненависть клокотали в груди, что хотелось просто закричать. Я не понимала их спокойствия, да и как можно было это понять?
- Подожди, Мира! - окликнула меня Паша .
Девушка догнала меня у окна. Только сейчас я обратила внимание во что она была одета: короткие джинсовые шортики и откровенный кожаный черный топ, так же кожаный пояс со всякими кармашками.
- Я не понимаю: ты-то как можешь спокойно смотреть на него? - спросила я, чувствуя как меня колотит дрожь.
- Я и не спокойна, Мира, - сказала со вздохом девушка. - Никто из нас не спокоен и никто его не простит, но мы знаем, что есть такие люди и...
- Но как мне быть, если на моих глазах чуть не взорвался любимый человек? - вскричала я. - Я не понимаю, как и...
Неожиданно Паша сама вспылила:
- Неужели ты думаешь, что единственная такая?! Если да, то я тебя разочарую. Я была сама в такой ситуации, но тогда на месте Егора был Айдар, а я на твоём месте, но, увы, в отличие от тебя - я своего человека потеряла.
Я в шоке посмотрела на девушку, из глаз которой брызнули слёзы, чуть сверкающие в тусклом свете.
- В смысле?
Паша сняла с одной ноги кроссовку, затем носок и положила ногу на подоконник. Включив на телефоне фонарик, она посветила на стопу. Я увидела красноватые уродливые ожоги на стопе.
- Человек, который нас усыновил: ломал и эмоционально пытал всячески Айдара и меня. Проверял на силу и выносливость. И если в Айдаре Натан заметил острый ум, который заставлял оттачивать, то меня ждали другие проверки. Я никогда этого никому не говорила, но ты меня вынуждаешь. - Карие глаза сухо посмотрели на меня. - Мне было очень тяжело. Вся моя жизнь до семнадцати лет - это был долгий непрекращающийся кошмар. Отчим заставлял ходить меня по раскалённому от солнца железу - летом, и в самый мороз. Знаешь для чего?
- Для чего? - прошептала я, чувствуя как губы и язык онемели.
- Чтобы я не ныла и если я говорила, что хочу уйти, то получала под ноги бычок. И если я не выполняла кое-какие задания, то он спокойно мог меня отдать одному из своих людей со словами: "Десять минут. Делай, что хочешь с ней". И да, меня, запуганного тринадцатилетнего ребёнка, могли спокойно облапать, поцеловать и пытаться забраться в трусы. Прикинь, мой первый поцелуй был в одиннадцать с сорокалетним мужиком. - Паша покачала головой. - И я научилась бороться и продержаться эти десять минут без поползновений потных рук по моему телу. А затем в этот дом попала одна из самых красивых женщин, что я видела. Она была очень напугана и попросила меня помочь сбежать, а мне как раз Натан за "хорошее" поведение подарил мою первую машину. И я помогла этой женщине. Она была замужем и ей было тридцать три. И у неё был сын почти моего возраста, только старше на год... - Паша глубоко вздохнула. - Она родила в пятнадцать, как понимаешь. И хоть тогда я получила скандал и эмоциональную порку от отчима, но начала встречаться с сыном той женщины...
- Как его звали? - спросила я, завороженная рассказом Паши.
- Арт... то есть Артур, - прошептала она, смаргивая слёзы и грустно улыбаясь. - В любом случае, всё закончилось тем, что Натан умирал и поставил Айдару такое условие, что если он хочет к своей империи получить его кое-какое наследство, то он должен мужа женщины убрать из игры, в итоге мужа посадили надолго. Артур этого не выдержал и пришёл лично в наш дом разобраться по-мужски с Натаном, где его избили до полусмерти, так как отчим упал с лестницы и сломал шею с его руки, а брат же сделал его жизнь невыносимой. Да и когда он узнал, что я приёмная дочь Натана и сестра Айдара, людей, которые испортили ему и его семье жизнь, то он не принял мою помощь, назвав меня "ничтожеством, которое всё портит". Так как думаешь: я способна тебя сейчас понять?
На данный момент я испытывала злость к Айдару, хотя я и так отлично знаю, что он не ангел, и Натану, даже к этому Артуру, хотя понимала, что он имел право злиться на Пашу, но не должен был её так называть, так как она была не при чём и хотела ему помочь. И мне было очень обидно за Кесареву-младшую, что с ней так поступали.