Я быстро развернулась и пошла к лестнице, по пути стирая слёзы с глаз. Но на первой же ступеньке, я почувствовала внезапное жжение у корней волос. Боль стала нестерпимее, когда меня рывком стащили с лестницы и развернули за волосы лицом к потемневшему от злости лицу.
- Значит так, Мира, мне наплевать кто ты, но, если ещё выкинешь нечто подобное в мой адрес, то поверь - тебе же хуже будет. Ты меня поняла?
- Поняла... так как я подобное и не буду выкидывать, потому что здесь не останусь! - закричала я, пытаясь остервенело вырваться. Слёзы скатывались ручьями по щекам, из-за чего некоторые волосинки прилипли к лицу.
- Не тебе уже решать, - елейным голосом сказал Айдар, сильнее сжимая мои волосы в своём кулаке.
Внутри всё съежилось от страха, когда пронизывающий взгляд вперился в меня. Сейчас цвет его глаз напоминал зеленый лед, в котором еле заметно мерцал огонь ярости. А исходящий от тела жар, в перемешку с бушующей злостью, окутывал меня с головы до ног.
- Идите к чёрту, - тихо сказала я, вместе с тем ощущая какой-то мандраж в коленках и трепещущее пламя в животе.
- Я тебя предупреждал, несносная девчонка, - прошипел он, смеряя моё лицо оценивающе-высокомерным взором. Практически почерневшие зеленые глаза остановились на моих губах, из которых выходило неспокойное тяжелое дыхание. Кислород резко перестал в меня поступать, или мне так просто казалось, а сердце в миллион раз сильнее забилось, пытаясь прорваться сквозь грудную клетку. Губы пересохли, от нахлынувшего водоворота ощущений.
На секунду наши взгляды встретились. И эта дьявольская секунда мне вдруг показалось целым космосом перед чем-то неизвестным, но удивительным. Дыхание, выходившее из двух разных людей - стало общим, а тела были плотно прижаты друг к другу, а мы даже этого не замечали.
Неожиданно мы оба в рваном порыве потянулись друг к друг. Его губы жесткие, но горячие впивались в мои, сминая в грубом, болезненном поцелуе, а язык требовательно вторгся в рот. Весь его напор, пыл заставляли чувствовать меня маленькой и беззащитной девочкой, в принципе, таковой я и являлась рядом с ним. Такое новое, но безумно притягательное ощущение. Было ли у меня такое с кем-нибудь? Навряд ли.
Жесткие руки опустились на мои бедра, сжимая их, а потом Айдар резко приподнял меня так, что теперь я нависала над ним. Мои длинные волосы закрывали наши лица, будто за ширмой. Губы же яростно впивались друг в друга, словно долгое время не виделись и теперь пытались восполнить эту потерю. Мы задыхались, но настоящим безумием казалось оторваться друг от друга.
Я почувствовала как одна рука забралась под майку, погладила изгиб спины, а горячие губы начали спускаться по шее вниз, опаляя алчными поцелуями кожу. Неожиданно он провёл языком вдоль линии шеи. Что-то сумасшедшим потоком сорвалось с груди в самый низ. Я схватилась за его плечи, чтобы не упасть от обуявших меня эмоций.
- Сладкая девочка, - прошептал жаркий шепот. Я почувствовала как под опытными пальцами мой лифчик расстегнулся, а через секунду отлетел куда-то в сторону. - Но такая непослушная.
- Вас послушание и не устроило бы, - парировала я осипшим голосом. Властные губы снова впились в мои, награждая долгим влажным поцелуем. Язык мужчины протиснулся сквозь мои плотно сжатые губы, лениво прошёлся ряду зубов, а затем дотронулся до моего, заставляя вступить в игру, пока одна рука гладила мою грудь, задевая затвердевшие соски. От всего этого у меня начала кружиться голова, срывая невольный протяжный стон. Айдар вдруг вздрогнул, словно его ударило током. Неожиданно он поставил меня на ноги.
Я с легким разочарованием посмотрела на него. Русые волосы были взъерошены, а сам он с неохотой отступил на шаг.
- Ох, не смотри на меня так, маленькая, - хриплым голосом сказал Айдар, поднимая на меня затуманенные темные глаза. Он тяжело дышал, словно после километровой пробежки. Рука мужчины с силой сжала поручень. - Ты даже не представляешь, какая сила воли меня удерживает, чтобы не взять тебя здесь же.
- Этого больше не повторится? - наугад спросила я, вдруг понимая, что точно так же дышу.
Красивые губы дрогнули в улыбке, а в зеленых глазах забушевал дьявольский огонь, грозящий вырваться и спалить всё на своём пути.