- А разве у меня есть выбор?
- Откуда взялся Кесарев Айдар Дмитриевич? - выпалила я.
- Наш воспитатель был тюрком и нередко он давал имена детям "без имени", - внезапно тепло улыбнулся Кесарь. - Отчество он тоже давал своё, а директору было пофиг лишь бы вписать имя в нужные бумажки. Хорошим был мужиком, но к сожалению рано скончался. А фамилию мне дал человек, что меня усыновил. Такой ответ устроит?
Я задумчиво посмотрела в окно и сказала:
- Имя должно что-то означать. Почему он тебя так назвал?
Айдар негромко рассмеялся приятным вибрирующим смехом, а затем завалился расслабленной позой на мат.
- Девчонка, да ты даже покойника выведешь на откровенный разговор с грязными подробностями! - хохотнул он. - Лунный, но воспитатель уверял, что он имел ввиду арабский перевод - авторитетный. И я склоняюсь ко второму варианту, ибо я никогда не бросаю людей на произвол судьбы, - закончил Кесарь жестким уверенным голосом.
Я подпёрла под себя колени и положила голову на колени, обняв их руками.
- Вместе с большой властью идёт и немалая ответственность?
- Верно. - Он глубоко вдыхает в себя воздух, а затем выдыхает сквозь стиснутые зубы. - Все грезят о власти и почёте, но до посинения боятся нести ответственность за свои поступки. Что доказывает лишь одно - такая жизнь лишь для тех, кто готов бороться не только за себя, но и за тех, кто связан с тобой.
- Именно поэтому вы меня не оставили в том туалете? - тихо спросила я, серьёзно глядя ему в глаза.
Мат зашуршал, когда по нему заелозил мужчина. Теплые пальцы коснулись моей кисти. Я удивлённо посмотрела на него. Русые волосы торчали во все стороны, а влекущие зеленые глаза таинственно мерцали, на полных губах была мальчишеская хитрая улыбка.
- И поэтому тоже, - промурлыкал он, наклоняя голову набок.
Мужчина за руку потянул меня на маты, но я холодно посмотрела на него. В изумрудных глазах появились вздорные смешинки. Он резко меня дернул на себя. Знакомая паника застучала в груди. Я тут же попыталась вскочить, но рука мягко остановила меня, вынуждая меня лежать на спине.
- Не бойся, - шепнул Айдар, нежно касаясь губами моих и чуть прикусывая их. - После того как "не надо", по-моему следует показать "как надо". Ты так не считаешь, злючка?
В голове снова всплыл тот же момент, где я была в том туалете. Чья-то шарящая рука бродила по моему телу, а затем забралась под юбку...
Ощущение чего-то гнетущего и непоправимого уютно устроилось в груди. Почему? Почему это мне вспомнилось? И почему мне хочется съежиться в углу и больше никогда не выходить от туда, и чтобы никто не дышал на меня?
- Я не могу... - тихо проговорила я, поднимая на мужчину беспомощный и испуганный взгляд. - Я... я не знаю, но просто не могу...
Зеленые глаза тут же стали серьёзными, разглядев что-то в моих глазах. Он приподнял меня обратно в сидячее положение, но почему-то усадил себе на колени и безапелляционным тоном заявил:
- Рассказывай.
Не знаю зачем, но я рассказала ему подчистую об этом. Ко мне вдруг пришло понимание, что кроме него - мне никто и не поможет в этом мире. Я никого и ничего не помню, даже не знаю, кто я. А человеку всегда нужен кто-то на кого можно положиться.
- Вот же гадёныш, - сплюнул ядовито Айдар.
- Кто?
- Никто. Ладно, поступим по-другому, - усмехнулся Кесарь. Мужчина бережно уложил меня спиной на мат. - Мира, я не буду давить, а честно скажу: то, что сотворил с тобой тот урод - стало для тебя психологической травмой. При чём настолько сильной, что твой мозг отгородился от этих воспоминаний, но похоже он же тебе теперь и не даёт забыть о том моменте, когда тебя касается уже кто-то другой. - Зелёные глаза несколько испытывающе посмотрели на меня. - И боюсь, что этот засевший страх лишь будет расти с каждым днём и в итоге: ты к нему привыкнешь. Страх - одолеть можно, но от привыкания отказаться крайне трудно.
- Ну я как бы готова с ним бороться... но не сегодня! - Я попыталась снова встать, но меня так же быстро опрокинули на спину. - Айдар Дмитриевич, я не могу всё время лежать на спине как... как какая-то, блин, быстро-давалка!
- Во-первых - Айдар, а во-вторых - успокойся, я не буду тебя ни к чему принуждать. И последнее: это где ты таких слов понабралась, маленькая? - с ехидцей переспросил он.