- Нет. Я сбываю кокс, но не употребляю. Не моё, - ровным голосом сказал Кесарь. Он понимал, что это бизнес, который приносит огромные бабки от людей, которые просто сами себя убивают. Увы, если один раз вошёл в этот бизнес, то уже не выйдешь. Это было одно из самых больших сожалений в жизни Айдара, но уже ничего не поделаешь.
- Как знаешь.
Даниль начал делать аккуратные две белые дорожки, но его внезапно отвлёк чёткий перестук каблуков по гладкому полу. Тёмные глаза блеснули, увидев возникшую в дверном проёме девушку.
Айдар также повернул голову в сторону двери, но он явно не ожидал увидеть в девушке столь кардинальных изменений. На девушке были черные, облегающие стройные ноги штаны, черные лабутены с красной подошвой и темно-красный шелковый короткий топ на тонких лямках. Мира надела длинную золотую цепочку, уходящая дразняще в вырез декольте и изящный браслет с бриллиантами на левой тонкой кисти. Девушка подумала, что для полноты образа этого достаточно будет. Но так же она чуть завила на концах найденной в комнате плойкой темные волосы и подкрасилась, отдав предпочтение классическому макияжу с кошачьими стрелками и темно-бордовой помадой. Руки Миры, лишь чуть притронувшись к косметике, будто сами вспомнили, что надо делать. И на удивление, у неё получился роскошный макияж с пропорциональными стрелками и темно-бордовой помадой, подчёркивающей полноту губ и наделяя каким-то мистическим огнём мятного цвета глаза.
- Доброе утро, уважаемые гости. Я тут кое-что нашла, но вижу, что вы со своим, - весело хихикнула Мира, игриво потрясая бутылкой шампанского в воздухе. - Что ж девушке тоже стоит иногда расслабиться. Разве не так? - кокетливо сказала она, сдувая волнистый локон с лица.
- Конечно-конечно, - закивал Даниль, вставая со стула и не отводя восхищённого взгляда с девушки. - Как вас зовут, красавица?
Мира еле смогла сдержать брезгливость, увидев, что он склоняется к её руке, чтобы облобызать. Но даже не это вызывало у неё брезгливость, а след от белого порошка, оставленный на щетине возле губ. Ей было страшно, когда она увидела краешек кобуры из-под пиджака мужчины. Все люди, что здесь собрались и те, что стоят за воротами - бандиты. И Айдар тоже был одним из них.
- Мирослава, - пропела Мира, стараясь унять в себе дрожь. - А вас?
- Красивое имя для красивой девушки, - проговорил азиат, не отводя похотливого взгляда с декольте девушки, где соблазнительно чуть выпирала полная грудь. - Даниль.
- Очень приятно, - улыбнулась она лучезарной улыбкой.
"Если Кесарь заупрямится, то я без сожаления застрелю его сам. Скажу Жамалу, что так вышло. Малышка станет достойным украшением моего лучшего борделя, но сначала я сам вдоволь попрыгаю на ней", - подумал с предвкушением Даниль.
От Айдара не укрылись взгляды, которые начал бросать Даниль на его девочку. Чёрт, да он уже в красках представляет, как будет трахать её на трупе Кесаря! Тварь.
Кесарь резко перехватил девушку за руку и рывком усадил себе на колени. Да, он видел по злому взгляду, что ей неприятно, но нужно было показать этой мрази, что то, что Даниль возжелал - никогда ему не достанется. Не плохо бы его подразнить и раззадорить. Тогда этот ублюдок станет более словоохотливым. Айдар, улыбнувшись, впился в губы Миры глубоким поцелуем, хотя та явно была против, но не могла его оттолкнуть, да и не ответить тоже не могла, иначе бы её раскусили. Знала бы Мира, что этот поцелуй никому из них не доставил удовольствия.
Отлепившись от неё, он прошептал ей в ухо так, чтобы только она услышала:
- Остальную часть лучше помолчи. И... ты очень красивая. Я не ожидал, - искренне признался Айдар.
- Я вырядилась так, только чтобы выжить, а не ради тебя, - шепнула ответно девушка. Хотя она немного слукавила. Ей хотелось увидеть его реакцию, когда он увидит её такой.
- Плевать, - хмыкнул он, глядя как покраснел от злости Даниль, разоблачённый в своих мыслишках. Ах, сейчас начнётся его самая нелюбимая часть.
Девушка встала с его колен, показательно нежно улыбнулась, хотя по глазам было видно, что она хотела сейчас плеснуть ему кислотой в лицо. Усевшись по левую сторону от Айдара, Мира начала ковырять вилкой салат, заодно прислушиваясь внимательно к их разговору.
- Теперь, когда все традиции соблюдены, мы можем начать разговор? - сухо обронил Дамиль. Тот как раз втянул вторую дорожку себе в ноздрю и теперь его взгляд был опасно сосредоточен.