На меня вдруг решительно, даже жалостливо посмотрели.
Ой-ой-ой! Что-то мне это вообще не нравится!
- Да отпусти ты меня уже, в конце концов! - внезапно даже для себя в истерике закричала я, чувствуя, что сейчас почему-то зареву.
- Эх, Мира, ты просто не оставляешь мне выбора, - нежно протянул Айдар. Кровь в жилах заледенела, а я приготовилась к самому наихудшему итогу.
Внезапно он одним движением поймал мои кисти, сцепил их вместе и вздёрнул у меня над головой, прижимая к стене поросшей мхом. Не успела я даже пикнуть, как горячие губы впились в мои болезненным властным поцелуем. Язык протиснулся между зубов и по-хозяйски прошелся по деснам, ряду зубов, прежде чем дотронуться до моего языка. Губы предательски не слушались меня, а наоборот, словно истосковавшись по нему, принялись жадно отвечать на обжигающие поцелуи Айдара. В груди всё трепетало то ли от страха, то ли от радости снова чувствовать на себе его руки и губы.
Молния на толстовке резко разошлась, а сильная рука забралась по футболку, собственнически сжимая мою грудь.
Неожиданно Кесарь оторвался от меня и опустил мои руки вниз. Я почувствовала прикосновение жёсткой кожи к рукам и в недоумении посмотрела на него. Что это значит?
- Не думал, что придётся сделать это так, - несколько грустно сказал Кесарев.
Что "так"?! Неужели всё же... сегодня всё произойдёт? И теперь у гинеколога, мне придётся говорить, что да, было?! Мамочки, а теперь стало реально страшно!
- Извини, маленькая, но, увы, для тебя сегодня всё будет по-плохому, раз ты бросаешь мне вызов, - шепнул саркастично мужчина, сильнее стягивая ремнем мои руки друг к другу.
Стягивание ремнём руки, "всё будет по-плохому" и резкая смена с гнева на эту приторную нежность... что-то мне это напоминает!
- Я тоже читала "50 оттенков серого", так что могу с уверенностью сказать, что я абсолютно точно не фанат всех этих садомазохистских штучек, Айдар, - открестилась быстро я, пытаясь выдернуться свои руки из его хватки. Вот только ремень больно впивался в кожу.
Надо бежать!
- Не в этот раз, - "утешил" Айдар.
В следующий миг меня, как какого-то жертвенного барашка, закинули на плечо!
Итак, пока я не на земле сопротивляться бесполезно, да и упаду же. Хотя кого я обманываю?! Даже на земле я буду беспомощна!
Когда Айдар быстро нёс меня через церковь, я очень надеялась, что здание всё же обрушится. Но чуда не произошло. Только у порога церкви я словно услышала глумливое хихиканье. Или мне это показалось?
Меня небрежно положили на заднее сиденье машины, затем так же закинули рюкзак. Сам Кесарь вышел, кому-то позвонил, минут десять о чем-то разговаривал и лишь потом залез на водительское сиденье. "Гелендваген" резко сорвался с места. Я услышала, как ветки ломаются под шинами, а листья хлестают металлические бока.
Машина гнала на оглушительной скорости, я удивилась, что нас до сих пор не остановили гаишники, хотя стояли же на постах!
- К-куда мы едем? - решилась спросить я, спустя минут пять, когда мы завернули обратно в посёлочный участок.
- В светлое будущее, - уклончиво ответили мне.
- И ты меня там убьёшь? - прошептала с надеждой я, хватаясь пальцами за спинку сиденья, чтобы не упасть при очередном повороте.
- Стоило бы, конечно, но с меня хватит на сегодня убийств. - Я почувствовала, как похолодела от последней фразы. Господи... - С тобой я поступлю намного хуже, Мира.
Нервно сглотнув, пролепетала:
- Лишишь девичьей чести?
К счастью, я вспомнила, что Кострову в клубе не удалось осуществить задуманное и я осталась девственницей... вот только теперь явно ненадолго!
- И не только. Сначала лишу тебя привилегии думать, что ты свободна от меня. - Это он что меня в какую-то эротическую тюрьму посадит, блин?! - Извини, моя бунтарка, но мне уже надоело слышать твоё "нет" и видеть сцены твоей показной независимости.
- В смысле?..
Внезапно перед глазами мелькнуло здание новенькой, аккуратной церквушки, с дорогим кованым забором и воротами, а так же чистым красивым газоном и романтичной белоснежной беседкой. Возле здания мелькнуло знакомое лицо Егора, который стоял рядом с несколькими авторитетными мужчинами в деловых костюмах.