То есть главная основа власти сулланцев, полученное от Суллы большинство в сенате, в 70-е постепенно таяло и, если бы они продолжали действовать так же, как с 79 по 76, было бы очень скоро совсем утрачено.
Похожая история была и со 120 000 ветеранов Суллы, расселенных в Италии на конфискованных землях, опорой режима «на земле» – явно уже в 70-е начался процесс их разорения, приведший в 60-х к восстанию Катилины, наверняка он тоже был вполне заметен.
Пока, в середине 70-х, и общая неустойчивость власти, и давление большинства недовольных, и тенденции к ослаблению опор власти были не критичными для сулланцев, но все могло поменяться очень быстро – сильная и «хищная» группа Метеллов накопила большие силы и могла ударить в любой момент, преимущество сулланцев над ними было неустойчивым.
Итого, сулланцам чтобы удержаться у власти нужно было срочно и серьёзно укрепить и расширить базу поддержки в Риме и Италии, возможно даже поменять при этом режим и систему власти, так как сулланское устройство постепенно переставало создавать для них преимущества, а его недостатки усиливались. Довольно очевидно, что расширить поддержку и сулланцы, и Метеллы могли бы, проведя реформы в пользу недовольных и репрессированных групп. Та из партий, которая возглавила бы реформы и получила такую поддержку, смогла бы захватить с ее помощью власть, разгромить оппонентов и изменить конституцию и правила игры так, чтобы новую власть закрепить за собой и сохранить уже надолго.
Для Метеллов самым очевидным, едва ли не естественным союзником были, конечно, проскрипты и жертвы конфискаций. Это были прямые, непосредственные враги сулланцев, у которых те отобрали права и имущество – Метеллы же по крайней мере от активного участия в проскрипциях уклонились и могли теперь натравить проскриптов на «режим», возглавив движуху. Метеллы уже попробовали это сделать в 78, руками Лепида, но из-за плохо подобранного исполнителя дело вышло из-под контроля и окончилось для них совершенно неудачно. Метеллы будут и дальше использовать тему проскрипций для борьбы с сулланцами – в 72 годы по предложению Лентула Клодиана, консула-метелланца, сенат примет постановление о взыскании денег с тех, кто купил имущество проскриптов с торгов, но не заплатил за это. При покупке, тогда, в 81 году, деньги за покупателей уплатило государство по распоряжению Суллы, — я думаю, всем понятно, кто были эти везучие люди (а почему сенат вдруг в этом эпизоде выступил на стороне Метеллов – посмотрим дальше). В конечном счете именно трибун Плавтий, человек Метеллов, проведет в 70 закон об амнистии всем участникам движений Лепида и Сертория.
В «марианском» восстании Лепида и «италийском» восстании Спартака участвовали разные области Италии – и разные люди.
(В чем-то парадоксально, конечно, что при этом в течение всех 70-х именно Метеллы – сам Метелл Пий и Помпей — командовали в войне с самой активной частью этих групп – повстанцами Лепида, Сертория и Перперны – как мы увидим, это попытаются использовать против них уже сулланцы.)
Принимать меры в пользу римского плебса, восстановить права народных трибунов и хлебные раздачи, могла любая из групп, выдвинув из своих рядов чуть замаскированного политика, внезапно принявшего близко к сердцу народные, что называется, чаяния и ставшего популяром, как Лепид в 78 году.
Тему же гражданства и прав италиков и прав транспаданцев Метеллы почему-то для использования против сулланцев, такое впечатление, не «качали» никогда. У меня есть по этому поводу не очень обоснованное предположение, что Метеллы, не поучаствовав в проскрипциях, «оторвались» в 79, когда пришли к власти после отставки Суллы, на италиках. Мне кажется, консулы 79 года Ватия Исаврик и Аппий Клавдий предоставили «крышу» своим людям, позволив им обогащаться на поставленном Суллой на колени юге Италии любыми средствами за счет местных. Вы можете в это предположение не поверить, но в любом случае про какие-то, так сказать, положительные контакты Метеллов и италиков в 70-е мне ничего не известно.