На что сейчас меняется Тройной Одеколон - так толком и непонятно, но явно это будет:
- Не Bogart.
И даже не местный Ожен. Ибо не только по критерию Шапориной:
- Как ничего не было - так и нет, нет Материи, а уж её Сознания:
- Тем более.
О. К - ин говорит, как всегда:
- Не То. - А именно, что нет оснований для Культа Личности, ибо:
- Кроме времени у власти, - для этого ничего больше и не надо.
Более того:
- Культ Личности - это нарочито Не-Логичное введение - возведение на вершину, чтобы было сразу ясно:
- Никакой логики больше не будет. - Преданности и то мало, даже духа Партийности и Соцреализма тоже недостаточно, и даже открытой Неправды не всегда хватит для оправдания местного сусе-ствования.
Ибо, как говорится:
- Чтобы ВСЕ! - находились в подвешенном состоянии между небом и землей.
Как неместные, или наоборот, местные, но рабы, которых можно гонять, как мышей по углам.
Ка - ин опять запускает утку, что он сказал А - ву:
- Давай отпустим евреев, - и знаешь-те почему? Радио Свобода и голос Америки будет меньше врать про нас. - Но!
Но и Голос Америки и Радио Свобода - это, наоборот:
- Согласованные з Нами организации, - как и говорил Примаков по поводу создания музея США в Москве:
- Пожалуйста, - если нам это будет надо.
Вот это: чтобы у нас В Этом Деле был Свой Интерес, - как будто К - ну неизвестно. Впрочем, давно очевидно, что этот парень работает:
- С бэкхэнда.
Как, впрочем, и много-много других лудэй из Отсюда.
Не по Бродскому это Уезжай:
- Уезжай, уезжай, уезжай,
так немного себе остается,
в теплой чашке смертей помешай
эту горечь, и голод, и солнце.
И:
человеком, который привык,
поездами себя побеждая,
по земле разноситься, как крик,
навсегда в темноте пропадая.
--------------------
20.09.16 - Радио Свобода - 20 лет назад на этой неделе
В передаче Игоря Померанцева опять появляются три сакральных фразы - слова Александра Гениса, читобы было:
- Без звериной серьезности,
- Без непреклонности,
- Без мата.
Автоматический ответ один:
- Какая дребедень.
Не знаю, на сколько процентов тут присутствует лукавство, но какой вздор предлагать на весь мир идеологию:
- Авто-мото-вело-фото! - Ибо, если кому еще неизвестно:
- У нас нет дорог - раз, нет не только велосипедов, но нет, главное, велосипедных дрожек к ним, а фотокружки уже все же ж закрыты за ненадобностью, фотография отжила свой век, как пивная кружка, ибо пиво мы теперь пьем только импортное, и обязательно:
- Бутылкими, - читобы не разбавляли.
Александр Генис пытается разбавить Реальность, прошлыми комсомольско-молодежными догмами, которые и тогда-то, хрен знает когда, были:
- Позарез никому не нужны.
Но через Радио Свобода их надо протащить, как что-то новое, но давно забытое старое:
- Дружеские скрепки на фоне школьной стенгазетки. - Но читобы не только у каждой школы в любой деревне, но:
- На Весь Мир прозвучало:
- Нынешнее поколений всеобщих друзей любит друг друга, так как, во-первых:
- Они не ругаются матом, - как это правильно уже записано в законе, - во-вторых:
- Они не являются Непреклонными, - что тоже практически уже записано в законе:
- Все голосуют только за одних и тех же, хотя и надеялись на лучшее, но зачем, ибо как сказано:
- Давайте жить дружно, - пока, так сказать, для вас же не стало слишком поздно, - и в-третьих:
- Не надо смотреть на мир такими буками - зверями лесными, как Степка Разин, бунтовщик несчастный, будьте у себя, как дома, чтобы:
- Авто,
- Мото,
- Вело,
- Фото, - стало вашим четырехцветным флагом. - Но!
Но, как говорил, Пушкин:
- Почему не сказать просто Лошадь! - В данном случае расшифровывающуюся, как:
- Ленин - Партия - Комсомол-л - близнецы братья и, как было в своё время добавлено, сёстры.
Или:
- Едем мы друзья опять в те же самые Края.
Именно в Края, ибо выдуманная Г - м игра в Третьего Лишнего, противостоящего контр-идеологии Школьной Стенгазеты и того же самого в Прибалтийском переводе:
- Авто - мото - вело - фото, - это не серединная вкусная - для всех друзей - начинка, а опять все те же:
- Дальние Края, - только сказанные за счет американских налогоплательщиков.
Или, что тоже самое:
- Мы всё равно будем ругаться матом. - И знаете почему:
- Слов не хватает, чтобы распознавать эту Ла-бу-ду:
- Опять, Снова, и Так Каждый Раз.
Злиться по-настоящему, как определил А. Г.:
- Аки звери сурьёзные, - а также будем:
- Непреклонны в защите своей правды, какой бы маленькой они ни была в создавшемся положении.
p.s. - Вот здесь приведен хороший пример того, как правильно делать перевод, а именно:
- Надо говорить - писать не непосредственно возникающее чувство:
- Это нелепость,- говорить так о сурьёзности нашего отношения к природе и обществу, и жизни вообще, а:
- Вкладывать в Перевод не только первоисточник, а и свой ответ на него, или - что тоже самое - переводить надо не слова Г - са из его мира горестных замет, а мой непосредственный ответ, слово:
- Нелепость, - как это и советовал незабвенный Евгений Леонов:
- Товарищ просто уронил мне батарею на ногу. - Всё. Чинно, благородно, без мата, а главное:
- Правда. - Ибо Привет - это же и:
- Ответ.
Как сказал Пушкин, написав:
- Когда Макферсон издал Стихотворения Оссиана, - сразу от поэта и его критика, и что самое удивительное:
- Каждый в каждом предложении находится.
-------------------
Борис Парамонов к чему-то прикрутил, что, мол, оно и получается, что:
- Крым наш. - Но!
- Но он никогда другим не был, ибо то, что Хрущев прицепил его к Америке, прошу прощенья, к Украине, все считали просто так:
- Иво очередным курьезом. - Стопроцентная формальность, реальности никак не касающаяся.
Другое дело, что теперь оказалось:
- Это противозаконно. - И грех, так сказать, которого еще не было, появился, именно с:
- С сознательным нарушением международного закона.
Но люди ничего не нарушали, им не надо кричать, что Крым наш, ибо, как говорится:
- А ты чей? - Что значит: так всегда и было.
Отстаивание права нарушать закон - это уже, действительно:
- Только бы дали повод, чтобы устроить противостояние.
---------------------
Получается:
- Без злобы, насамомделешной сурьёзности назовём Чацкого дураком напополам с Грибоедовым, а заодно с ними Чарли Чаплина, Холина Колфилда, и остальных доморощенных Дартаньянов. Посмеёмся легко и просто от души и ради друзей их абсолютному непониманию происходящего.
Ибо всё просто, а они зачем-то любят дуру и коварную изменщицу Софью, бьют по жопе вроде бы совсем ни за что полицейского, если только не иметь в виду, как Жан-Клод Ван Дамм:
- Проведя противнику всего один удар, но пригнувшись по яйцам, только потому что этот противник в предыдущем бою, сам проделал тоже самое, предварительно спросив этого своего первого бойца:
- Давай как-нибудь побегаем вместе, ась?
Курят, ни спросясь ни у кого, с четырех лет, имеют намерение трахнуть кого-нибудь, еще не закончив школу, и любят, как бывший главный редактор Огонька Дартаньяна, несмотря на его беспросветную политическую близорукость.