— Это как? — выдавила я.
— Ты боишься. Ты пахнешь. Я не боюсь. Меня не замечают. Для этого ты здесь. Я научу тебя не бояться. Научу постоять за себя. И когда ты сможешь войти к ней в клетку, — он указал себе за спину, — и выйти оттуда живой, я пойму, что твое обучение окончено.
Я открыла рот, но не смогла выдавить ни звука. В голове крутилась мысль, что вот-вот испорчу ковер в кабинете Дружеча, если он не спрячет это чудовище. Но он, видимо, сжалился и задернул штору. Судя по звукам, женщина биться не перестала, но теперь, не видя ее, стало спокойнее.
В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошел лысый мужчина средних лет, одетый в рубашку с вязаным жилетом поверх нее, как любят одеваться ботаники и старые холостяки, живущие с матерями.
— О Боже, какие запахи у вас тут витают! — со смехом произнес он.
— А вот и Тоби, мой старинный друг, — обрадовался Дружеч.
Я же, поняв, кто он такой, попятилась, желая вжаться в стенку или спрятаться под стол хозяина кабинета.
— Что с тобой? — удивился Дружеч.
— Он же феромагер!
— Успокойся, детка, я в завязке! — отмахнулся Тоби.
Я перевела непонимающий взгляд на Дружеча, но тот, нахмурившись, глянул на наручные часы и направился к выходу.
— Тоби сейчас все расскажет, мне надо срочно кое-что сделать.
Дверь за ним закрылась, оставив меня одну в комнате с двумя феромагерами. Какая комедия положений, подумалось мне. Здесь не было окон, а значит, и путей бегства. Тоби сел в кресло, которое до этого занимала я, и жестом предложил мне тоже присесть, но я отчаянно замотала головой и осталась стоять на месте.
— Познакомилась уже со Сьюзен? — спросил он, показав на занавеску. — Ну и чего так трястись? Не все же такие, как она. Мы обычные люди. Едим такую же еду, как ты. Пьем воду. Нуждаемся во сне и отдыхе. Просто… — он поднял глаза к потолку, подбирая нужное слово, — … мы наркоманы.
Его тон начал меня успокаивать, и я опустилась в кресло Дружеча, решив послушать, что будет дальше.
— Не скрою, — продолжил Тоби, — ты со своей юностью и эмоциональностью для меня как шприц с героином, который я бы с удовольствием пустил по вене. Но если осознанно отказаться от этого «удовольствия», — он поднялся, — то не умрешь. Переживешь ломки, научишься сдерживаться. Мы все — и феромагеры, и эмпаты — прежде всего, люди.
Он говорил разумные вещи, и я расслабилась. Дружелюбно улыбаясь, Тоби подошел и протянул мне руку для рукопожатия. Поколебавшись, я протянула ему свою. От него не исходило угрозы, а глаза смотрели ласково. Едва наши ладони соприкоснулись, как Тоби рывком вытащил меня из кресла и повалил прямо на стол, придавив всем телом. Растопыренными пальцами он обхватил мою голову. В глубине его зрачков я с ужасом разглядела дьявольский огонек.
— Ты уже мертва, детка, — пробормотал он, глядя на меня затуманенным взглядом. — Еще секунда, и я выпью тебя.
Я почувствовала, как его большие пальцы нащупывают уголки моих губ и растягивают их, проникая в рот, чтобы разжать челюсти. Тоби наклонился так близко, что его дыхание щекотало мое лицо.
— Черт возьми, отчего же ты так боишься феромагеров, крошка? — мне показалось, что еще секунда и он меня поцелует. — Они же слабее тебя. Я — слабее тебя. — Тоби вдруг грубо встряхнул меня. — Ну, делай же что-нибудь!
— Вы так неожиданно напали! — закричала я в ответ. — Что я могу сделать?!
— Ни один феромагер не станет ждать, пока ты подготовишься к нападению. И предупреждать не станет. Или ты реагируешь моментально, или ты мертва. Ну?
Его глаза потемнели. Я почувствовала, что задыхаюсь. Тоби оказался тяжелым, спихнуть его не удавалось. Я скребла ногтями стол в тщетных попытках вырваться. Стоило уехать из родной страны на край света, чтобы умереть от руки феромагера! Мысленно я попрощалась с жизнью. Жаль, что не попрощалась с Хью…
Вдруг под руку попалось что-то тонкое и длинное. Не отдавая себе отчета, я схватила предмет и ткнула им наугад в Тоби. Раздался короткий крик боли, он отпрыгнул в сторону, оставив меня откашливаться и сползать со стола.
— Молодец, — коротко бросил Тоби, выдергивая из плеча остро заточенный карандаш.