— А ты спасся, — пробормотал слегка удивленный Антон. — Удивительно.
Щенок опять завилял хвостом, но мужчина лишь махнул рукой прогоняя его. Уши песика печально повисли, когда человек развернулся и пошел в сторону выхода.
Антон остановился услышав за спиной жалостный скулеж. Когда-то черствое сердце мужчины кольнуло, заставив его нахмуриться.
— Ааааа, — простонал мужчина, возвращаясь, — черт с тобой пошли.
Черный взял собаку на руку, за что был благодарно зализан.
— Еще раз меня обслюнявишь и я выкину тебя. Понял?
Щенок радостно тяфнул, но мужчину облизывать больше не стал.
— Мы должны уйти! — настаивала Ирма.
— Я не уйду без Антона! — закричала Лика.
— Дура! Не ори! Хочешь, чтобы соседи решили узнать, что это за шум в давно пустующей квартире?
— Мне все равно, — ответила Лика, но громкость все же убавила. — Без Антона я не уйду.
— Два часа прошло, он не вернется сюда, — тихо и печально сказала Лика.
— Тогда уходи, а я останусь его ждать. Он придет, он обещал.
— Слушай ты, — не выдержала Ирма, но Лика перебила ее.
— Это ты послушай, — упрямо произнесла она, посмотрев девушке прямо в глаза, четко и уверенно проговорила. — Это трудно понять, но я чувствую, я знаю, что Антон вернется. Он вернется.
Ирма поморщилась. Слишком странно говорила эта глупышка, но в ее словах, в ее уверенности было что-то такое, что Ирме больше не хотелось спорить. Она сначала даже поверила, что Черный правда вернется, но он дал ровно два часа, значит был уверен, что успеет.
— Хорошо, убогая, ждем еще десять минут, — согласилась Ирма. — Но учти, через десять минут ты уйдешь с нами сама или связанная.
— Двадцать.
— Что двадцать?
— Антон придет через двадцать минут.
Рыжеволосая девушка посмотрела на Лику, как на душевно больную, но спорить не стала. У блондинки видимо ослы в родственниках имеются, а иначе откуда столько упрямства? Ирма уселась на кресло и незаметно принялась наблюдать за Ликой, вернувшейся на свой шаткий полуразвалившийся табурет.
Блондинка сидела смирно, сложив руки на коленях и спокойно смотрела в окно. Ирма только поморщилась. Неужели она правда думает, что Черный вернется? Конечно же девушка сама не хотела думать, что с мужчиной может что-то случиться, но за последние несколько месяцев она научилась его терять. Где-то внутри пищал голос, говоря, что Черный никогда не принадлежал Ирме, но девушка не хотела его слушать. Гораздо приятнее обвинять во всем Лику, чем себя или судьбу-злодейку.
Спустя ровно двадцать минут в замке заскрежетал ключ. Уверенная, что это вернулся Антон, Лика вскочила со стула и побежала встречать, но более осторожная Ирма схватила ее за руку и припечатала к стене, закрывая рот рукой.
— Не дергайся, — предупредила рыжая.
Лика напугано кивнула, хотя была уверена, что никакая опасность им не грозит, ведь Антон вернулся.
В коридоре послышались тяжелые осторожные шаги, словно кто-то пытался остаться незамеченным. Ирма продолжала прижимать блондинку к стене и посмотрела на Гену. У того в руках появился пистолет, направленный в сторону дверей. Если пришел нежеланный гость, то встретил его пуля в лоб.
Дверь в комнату со скрипом открылась и на пороге появилась мощная фигура. Лика издала радостный вопль, приглушенный рукой Ирмы, Гена выдохнул и опустил пистолет.
На пороге стоял хмурый Черный с котомкой на плече. Оттуда доносились подозрительные звуки.
— Какого черта? — прогромыхал Антон. — Почему вы не ушли?
Мужчина злился и радовался одновременно. Злость пришла потому, что его приказа ослушались, но была и радость, потому, что он не хотел терять этих людей. Они его дождались, хотя он четко приказал по истечению двух часов уходить в подполье.
— Ей спасибо скажи, — пробормотала слегка удивленная появлением Черного Ирма. — Она заявила, что будет ждать тебя до последнего.
Черный внимательно посмотрел на Лику, до сиз пор сдерживаемую Ирмой и приказал отпустить девушку.
Лика с воплем радости бросилась Антону на шею. Мужчина бросил сумку на пол и принял в свои объятия счастливую девушку. Из сумки донесся обиженный тяф.
— Что это? — не поняла Лика.
Мужчина присел на корточки и расстегнул молнию, из сумки выскочил щенок и увидев хозяйку выпрыгнул, радостно тяфкая.
— О, Господи! — воскликнула Лика и грохнулась на колени и тут же была зализана счастливым щенком.