— Чем дальше я от тебя нахожусь, тем борзее ты себя ведешь, — рассмеялся Черный.
— Я больше не буду! — напугалась девушка такого поведения. То злится, то смеется. Ненормальный какой-то.
— Ты же врешь, — опять улыбнулся мужчина приближаясь к кровати ещё на пару шагов. — Врешь не только мне. Правда, козочка? Я замечал, как ты иногда смотришь на меня.
— Конечно! Смотрю на тебя и понять не могу, почему же тебя бандитскую рожу до сих пор за решётку не упрятали.
Одни миг и Черный вскочил на кровать и повалив Лику, профессионально подмял под себя, зажимая ее рот рукой. Мужчина со вкусом всматривался в расширенные от страха зрачки. На его собственном лице появилось мрачное удовольствие, словно он был рад и зол одновременно.
— Никогда не говори того, чего не знаешь! — заговорил Черный холодным полным ядом голосов. — Поняла меня?
Лика что-то промычала в руку и задергалась. Мужчина лишь усилил хватку. Этого хватило, чтобы паника захватила ее полностью. Сейчас она думала, что ее всё-таки изнасилуют и убьют. Такой Черный мог запросто чертей в аду напугать. Зрачки не приходили в норму и ее колотило от страха. Какие бы слова она не говорила Черному, она безумно его боялась. С их первой встречи страх не убавился ни на грамм.
— Прекрати вырываться! — рыкнул Черный. — Ты только хуже себе делаешь. Лика!
Девушка прекратила вырываться и обмякла, затравлено смотря на Черного.
— Я уберу руку, если ты пообещаешь не кричать, — пообещал мужчина. — Хорошо? Кивни, если поняла.
Лика кивнула. В этот же момент Черный убрал руку.
— Умничка.
Девушка облизала пересохшие губы, не отрывая взгляда от глаз Черного.
— А теперь слушай и запоминай: будешь лезть не в свое дело — из этого дома тебя вывезут в пяти пакетах. Если твое поведение будет примерным — получишь все, что только пожелает твоя душа. Я понятно изъясняюсь?
— Дда.
— Вот и хорошо, — улыбнулся Черный. Только улыбка вышла совсем не добрая. Мужчина поднялся на ноги и потянул Лику за руку, заставляя сесть. — Завтра Дмитрий отвезет тебя в академию. В десять часов у тебя консультация. Начнешь трепать языком о случившемся или попытаешься сбежать — пострадают люди. Например, Андрей Михайлович и Совья Константиновна Антоновы.
Черный вышел из комнаты, а Лика ошарашено смотрела ему в след. Она должна вести себя примерно и держать рот на замке, иначе пострадают ее родители.
Подтянув колени к груди и обняв их руками, Лика горько заплакала.
Глава пятая
Нет ничего удивительного в том, что проснулась на утро Лика уставшая и разбитая. Проревев почти пол ночи она лишь под утро заснула тревожным сном. С опухшим от обильных слез лицом и щелочками вместо глаз девушка направилась в ванную. Когда Черный разбудил ее утром, он сказал, что она не должна выглядеть так, словно ее пытали всю ночь.
— Никто не должен догадаться, что в твоей жизни произошли такие изменения.
— А если кто-то догадается?
— Ты ведь не единственный ребёнок в семье? — спокойно поинтересовался Черный.
— Не единственный, — со страхом в глазах ответила Лика.
— Да, да. У тебя есть очаровательная сестренка. Аврора, кажется?
— Да как ты смеешь? — разозлилась Лика. — Угрожать моей семье?
— Я не угрожаю, Ангел мой, а предупреждаю, что за твои осечки могут пострадать другие. Я вчера тебе все объяснил — ведешь себя примерно и жить будешь припеваючи. Хотя в нашем случае — просто жить уже хорошо. Правда? — рассмеялся Черный и вышел из комнаты, заявив напоследок, что на сборы у Лики только час.
В ванной Лика намочила полотенце холодной водой и приложила к лицу. Если быть до конца честной, то сегодня на учебу совсем не хотелось. Трудно было представить, как она будет играть счастливого человека и отвечать на вопросы подруги. Как объяснить двухнедельное отсутствие Лика не представляла.
Ровно через час девушка спустилась в гостиную, большую комнату с медовыми панелями на стенах, стрельчатым окном скрытым темными портьерами, чайным столиком вокруг которого разместились диванчик и три кресла. На одной из стен висел больной плазменный телевизор, а на другой стороне находился недостроенный камин. Ее ждал Черный развалившись в кресле. Перед ним на столике стояла полная кофейная чашка и пепельница с зажженной сигаретой.
— Я не опоздала, — заявила Лика, заметив, как мужчина бросил взгляд на дорогие золотые часы на запястье. Он молча поднялся и пошел на выход, Лика поспешила следом.