— Что ты опять тут делаешь? — Лика потрясла Антона за плечо.
— Сплю.
— Это я вижу, — с трудом улыбнулась девушка. Ей вдруг стало так хорошо. Нет, головная боль никуда не ушла, но на душе было на удивление легко и свободно.
— Антон, я серьезно.
— А я серьезно просил не называть меня Антоном, — заметил мужчина поднимаясь. — У тебя со слухом проблема или с памятью?
— Нет у меня проблем ни с тем, ни с другим. Мне нравится называть тебя по имени.
Черный резко повернулся к Лике и внимательно на нее посмотрел. Сначала ему показалось, что девушка лжет, но увидел в ее глазах, что ей правда это нравится. Его уже несколько лет не называли по имени. Рабочий в ресторане не в счет — он не является частью жизни Черного. Даже люди, которые когда-то давно называли его по имени, так к нему больше не обращались. Он уже давно и для всех был Черным. Ему казалось, что не только окружающие забыли его имя, но и он сам.
— Я принес тебе чай, — сказал мужчина не придумав ничего другого. Лика его в этот момент обезоружила. — Правда он уже остыл.
— Ты принес мне чай? — удивленно переспросила девушка. — Чай? Мне? Ты принес?
Ее такая забота искренне удивила. Ну и что, что чай остыл? Ведь главное, что он принес его. Сейчас она не злилась на него, казалось, что именно присутствие Антона рядом прогнало черную пустоту в сознании и принесло с собой легкость. Лика улыбнулась.
— Доктор сказал, что тебе нужно больше жидкости. Дима в аптеку съездил и купил все необходимое. — Черный неуютно чувствовал себя под прицелом голубых глаз. Такое с ним раньше не случалось.
Мужчина встал с кровати и потянулся так, что захрустели кости. Удивительно — он проспал всего несколько часов, а состояние будто спал два дня подряд беспробудным сном. Краем глаза он посмотрел на Лику. Она вывалила из пакета все лекарства и читала их названия, потом выдавила из пластинок несколько таблеток и горстью выпила, запивая остывшим чаем.
Посмотрев на часы, Антон вспомнил, что хотел скататься по делам. Нужно привести себя в порядок. Стараясь не смотреть больше на девушку, Черный пошел на выход.
— Ты куда? — спросила Лика.
— По делам, — ответил Антон и обернулся. — Только не вздумай вновь просится о мной.
— И не думала даже. В моем нынешнем состоянии я не способна отбиваться от нападок твоих «очаровательный» друзей, — сказала Лика и вновь легла в постель укрывшись одеялом.
Антон улыбнулся. Он подошел к девушке и взял ее за подбородок. Голубые глазки забегали в разные стороны, не желая встречаться с ним взглядом.
— Ты заразишься, — предостерегла девушка.
— А провел с тобой всю ночь и все утро, а ты только сейчас об этом забеспокоилась? — усмехнулся Черный.
— Я…
Мужчина не стал ее слушать, просто вцепился губами в ее губы. Он чувствовал вкус лекарств и лимона. Так же он чувствовал вкус самой Лики — вкус свежести. Он не знал, как правильнее это объяснить, но от Лики всегда пахло свежестью и свободой. От нее пахло небом и цветами.
Сам того не замечая, мужчина подмял девушку под себя. Она не сопротивлялась, а наоборот притягивала Черного ближе к себе. Лика забралась к нему под футболку и провела пальчиками по позвоночнику — Антона словно молнией ударило. Он отстранился от девушки. Лика непонимающе на него уставилась.
— Тебе нужно отдохнуть, а мне нужно уехать по делам. — Нахмурился мужчина и погладил девушку по голове. — Постарайся еще поспать. Хорошо?
Лика лишь кивнула.
Черный прямиком направился в душ. Ему необходимо охладиться. То, что он почувствовал, ему не понравилось. Хотя нет, он врет — ему очень понравилось, но дело в другом. Ему это нравиться не должно. По крайней мере он этого не хотел.
После душа он спустился на второй этаж в свою временную комнату. Здесь были некоторые его вещи, в том числе и одежда. Мужчина не хотел больше заходить к Лике.
В восемь часов он спустился в гостиную, где его ожидали Гена и Гера. Братья привели себя в порядок и выглядели вполне отдохнувшими. Они молча последовали за Черным к машине и запрыгнули на заднее сидение. Обычно всегда не в меру веселые и разговорчивые братья сегодня молчали. Они не в первый раз оказывались в подвале, но этот раз был совершенно другим, поэтому на первое время предпочли отмалчиваться. Мало ли, что их главном в голову взбредет — в последнее время он стал еще более злей, чем обычно.