Выговорившись Лика почувствовала огромное облегчение. Конечно и Ирму можно понять — не пойдет же она Черному мозг полоскать. Отвернувшись от злющей девушки блондинка залезла в холодильник, чтобы найти продукты и приготовить себе завтрак.
Неплохо бы узнать, где сейчас Дмитрий. Лика должна извиниться перед ним. Можно конечно спросить у рыжей хабалки, но девушка сомневалась что она что-то скажет. Но попробовать-то стоит? Лика вновь повернулась к Ирме. Та продолжал стоять на одном месте и таращиться на Лику.
— Где сейчас Дмитрий?
— У себя в комнате, — все же ответила Ирма. — Ребята перетащили его вчера и вызвали доктора.
— Где его комната?
— Думаешь, он мало пострадал из-за тебя? Хочешь, чтобы Черный убил его на этот раз? — оказалось Ирма за Диму тоже беспокоится.
— Не нужно лишних слов. Просто скажи, где его комната.
Ирма сказала, где находится Дмитрий и взяв швабру отмыла всю кровь с пола, а после чего гордо удалилась.
Лика улыбнулась в след уходящей девушке. Было бы не плохо, если она успокоится. Хотя в этом блондинка все же сомневалась. Покачав головой девушка принялась готовить завтрак. Диме она сварила куриный бульон, вчера ей показалось, что у него была сломана челюсть. А себе нажарила баклажанов. Налив две кружки чая, девушка поставила все на поднос и пошла в комнату к Диме.
Мужчина жил на первом этаже, недалеко от гостиной. Поставив поднос на столик Лика неуверенно помялась около двери и постучала.
— Лика, проходи, — пригласил Дима.
Девушка заглянула в комнату, удивленная таким узнаванием. Она, что в дверь по особенному стучит? Видимо вопрос был написан у нее на лбу, так как Дима улыбнулся и сказал:
— В этом доме не стучат.
Девушка взяла поднос и не смело перешагнула порог. Дима лежал в постели и выглядел мягко говоря паршиво. Еще вчера там, где было его симпатичное улыбчивое лицо красовалась огромная гематома. Лицо распухло так, что глаза превратились в щелочки, губы разбиты, нос сломан. Да, Черный не пожалел сил, когда избивал лучшего друга вчера.
— Как ты себя чувствуешь? — осторожно спросила Лика и только потом спохватилась. — Ой, глупый вопрос!
— Ты пришла и мне стало намного лучше, — попытался улыбнуться Дмитрий.
— Дима, мне так жаль. — Блондинка поставила поднос на столик и села на полу у кровати. — Это все из-за меня.
— Ты ни в чем не виновата. Черный уже давно обещал мне задницу надрать, а он никогда не забывает выполнять свои обещания. И если можно было все вернуть, я бы поцеловал тебя вновь. Оно того стоило.
Лика испытала такой стыд, но ей хотелось убежать. Одно дело, когда поцелуя хотелось обоим. Но тут другое дело! Лика не испытывала к Диме тех чувств, которые он испытывает к ней. Вряд ли поцелуй был хорошей платой за его нынешнее положение сейчас. Девушке даже показалось, что она целует брата, которого у нее никогда не было. А это инцест какой-то. Лику передернуло от отвращения. Что за мысли у нее в голове обитают?
— Не уверена. — Блондинка поправила одеяло. — Ни один поцелуй не окупит того, что ты в таком состоянии. И это моя вина.
— Давай мы сейчас не будем спорить, чья эта вина. В этом вопросе мы расходимся во мнениях.
— Дима, мне так жаль.
Мужчина взял Лику за руку и поцеловал ладонь. Странное чувство, словно рука не слишком мягкую подушку потрогала. Вырвав руку девушка вспомнила, что принесла бульон Диме. Она даже вызвалась покормить. Ложка за ложкой бульон был съеден, ну или выпит, как кому угодно. Это самое маленькое, что Лика могла сделать.
Дмитрий поднялся с кровати и Лика попыталась положить его обратно.
— Тебе нужно отдыхать! — строго сказала девушка и нахмурила брови.
— Это я знаю, но, Лика, есть такие вещи, которые не делают лежа.
— В смысле?
— Мне нужно в туалет, — пояснил мужчина.
— Ой, — расстроилась Лика своей недогадливости. — Давай я принесу тебе утку или судно.
— Лика, Лика, — рассмеялся Дмитрий. — Во-первых, вряд ли ты найдешь в этом доме утку или судно. А, во-вторых, хотя это нужно было сказать, во-первых, у меня еще есть чувство собственного достоинства, которое не позволяет мне заставлять молодую и красивую девушку подносить мне утки.
— Все это глупости, — отмахнулась Лика. — Я же медик.
— В первую очередь ты девушка, а уж потом медик. А вот я был и остаюсь мужчиной.
Дмитрий отказавшись от любой помощи хромая поковылял в туалет. Лика печально вздохнула и кинула в рот кусок баклажана. Все ее мысли были заняты Димой. Он ей нравился, но не так, как парень девушке. Лика решила для себя, что обязательно с ним поговорит, скажет, как она благодарна ему за все, скажет, что рада знакомству с ним. А еще она скажет ему, что между ними ничего быть не может. И не только потому что она принадлежит Черному, а потому что ее сердце не принадлежит Дмитрию. Она обязательно ему все скажет, но потом, когда он поправится. Лике не хотелось добавлять к физической боли еще и душевную.