– В четыре… Но мне за сестрой надо в пять, – говорю я, прежде чем уйти, сжимая в руках свою сумку… Снова всё дрожит от его взгляда и поведения.
– В три жду на парковке. Нихера не знаю, – отрезает он сухо и уходит… Вот так просто, оставляя меня в полном безоговорочном недо… умении…
На пару захожу, и Таня снова смотрит на меня круглыми глазами… Уж про Шадрина и говорить не берусь… Тот как сидел, так и побледнел весь… Кажется, он до смерти боится Данияра… А про нас, скажем прямо, точно начнут ходить слухи.
– Это не то, что ты подумала, – бурчу Тане, умирая от стыда.
– Да ну… – говорит подруга и ржёт надо мной.
– Правда… Я даже не могу объяснить… Но у меня с ним ничего нет, клянусь, – оправдываюсь, чтобы хотя бы в чьих-то глазах не выглядеть жалкой подстилкой Дорохова… Этого я боюсь больше всего, пожалуй…
– Ладно-ладно, – соглашается она. – Я верю… Но он в последнее время зачастил, подруга… – ехидно смотрит на меня. – Даже если у тебя с ним ничего нет… У него к тебе явно есть…
– Ты ошибаешься, – отвечаю, вздыхая. Не могу рассказать ей, но чувствую, что у него нет ко мне ничего такого… Возможно, скоро я пойду чего он добивается…
Так мы и сидим… И до трёх часов время бежит как песок… А я мечтаю, чтобы вселенная притормозила, потому что я не готова… Ни видеться с ним, ни садиться на его байк… О чём, очевидно, он сто процентов попросит… А может даже заставит…
Когда стрелка показывает три… Мне приходится прогулять философию… Надеюсь, мне за это ничего не будет… Я говорю подруге, что отравилась, а сама бегу на парковку за универом…
Вижу его буквально сразу… В окружении каких-то девиц…
И стоит мне подойти, как он ни с того, ни с сего обнимает меня, со всей дури прижимая к своей груди. От растерянности я не просто не сопротивляюсь, я с ног валюсь, падая на него всем станом.
– Отпусти, – цежу, пока они все косятся на меня. И вдруг чувствую его дыхание на ухо:
– Она на нас из окна палит…
Молчу… Всеми силами пытаюсь не заорать и не ударить его… Просто терплю его объятия. Пока все, кто стоял вокруг изучают мой внешний вид. Господи, от него так мощно пахнет одеколоном. Он что на себя литр вылил???
Уже чувствую, что вот-вот у меня начнётся аллергия… И я задохнусь прямо здесь и сейчас, но он, наконец, отпускает.
– Ладно, барышни, мы отчаливаем, – бросает им, а я мнусь, не зная, что мне делать.
– Мы можем… Не ехать на этом? Прогуляться… Или…
– Держи, – грубо толкает он шлем мне в руки. Я чувствую, как меня сносит волной самобичевания… Точно так же как он возит своих многочисленных подружек… Теперь позади буду я… И обнимать его придётся… Господи… Только не это…
– А ты что без шлема будешь?
– Без. Я свой сестрёнке твоей отдал.
– Ты дурак, да? А если упадёшь… Разобьёшься…
– Не упаду. Я прекрасно вожу, малышка. Запрыгивай…
Кое-как мне удаётся напялить на себя этот кошмар… И то пришлось для этого снять очки… Не повезло мне, что у нас снег бывает редко, поэтому он почти круглый год ездит на этом… Периодически чередуя поездки на дорогущих машинах… Но лучше бы он приехал сегодня на одной из них, чем на этом…
Дорохов поправляет ремешок и застёгивает его, хлопнув по визору.
– Садись! – добавляет, пока показывает мне мощь своего мотоцикла. Стоит на месте и рычит.
И только я усаживаюсь сзади, аккуратно обняв, как он приподнимает свою косуху и заставляет меня обхватить его под ней. Меня моментально жжёт… Какой же он горячий… Боже…
– Крепче держись, – кладёт руку на мои… У меня по коже проносится импульс… И давление моментально подскакивает... Как и пульс.
Я не верю в то, что происходит… Ещё недавно он не знал ни меня, ни моё имя… Я и представить не могла, что хоть когда-то сяду на это… Обниму его и всякое такое…
Надеюсь, Таня или кто-то из группы ничего из этого не видел… Иначе я точно умру от стыда и сплетен… Ничего хорошего из этого не выйдет…
Не успеваю я закончить мысль, как мотоцикл пулей дёргается с места… А Дорохов всё это время сжимает мои руки, пока мы не выезжаем на большую дорогу… Лишь там он переключается на полное управление… И я остаюсь сама по себе… Наедине с его кипящим телом, располагающимся под хлопковой тканью мужской рубахи. Чувствую, что начинаю гореть вместе с ним…