-Ка… Какие побочные эффекты? Насколько это …? Старик понимает меня без слов.
- Человек стает очень послушным, легко внушаемым, у него могут быть провалы в памяти, иногда появляется необычная реакция на знакомых людей или вещи… И, самое главное, при приеме курса этого препарата – все другие лекарства исключаются! Я пытаюсь спокойно усвоить только что услышанное, сделать какие то выводы. Но, коктейль из ужаса от услышанной информации и злости на врача, который назначил Марии этот препарат, не дает мыслить здраво.
Наверное, мой мыслительный процесс (вернее, его адекватность) написан на лице очень ярко. Поэтому Алексей Иванович резко продолжает:
- Ян, соберись! Ты должен со всем этим как то разобраться… Все выяснить… Я мотаю головой, там назойливой мухой уже несколько минут жужжит какая то интересующая меня, мысль. Какой - то вопрос уже сформировался в моем (сегодня ему не слабо достается, как бы совсем не отключился) мозге. Да, вот это!
- Алексей Иванович, а почему не вы наблюдаете Марию после больницы? Он секунду мнется, видимо, подыскивая самый «правильный» ответ. А потом говорит спокойным «докторским» голосом, в котором я четко слышу нотки обиды:
- Приблизительно два месяца назад твоя мач…, то есть, Елизавета Андреевна, сообщила мне, что Марии больше мои услуги не нужны. А до полного выздоровления ее будет наблюдать новое «светило медицины», доктор Платон Сергеевич Мерзоев. Профессор, самый модный сейчас психиатр в Москве, у него все лечатся и результаты, просто удивительные… Что я мог возразить? А к Марии меня больше просто не пускали...
***
Разговор с доктором вышел очень познавательный, … Судя по всему, кому то было очень выгодно превратить девушку в неадекватную истеричку. И, если бы не инцидент со стимулятором, если бы не вызвали Алексея Ивановича, если бы я решил поехать в городскую квартиру – кто знает, чем бы все закончилось. От ощущения опасности мой мозг начал работать в режиме «чрезвычайная ситуация». Решения приходили быстро. Набрал номер Кости
- Константин, ты и Сергей сейчас нужны мне в доме. Да, и Бориса позовите… С ребятами надо решить кое какие вопросы. Далее, лекарство…
- Алексей Иванович, вы спрашивали коллегу, о том, как правильно прекратить прием лекарства?
- Да, конечно, сразу же. Так как Марии назначили только одну четвертую дозы (я смотрел, в пузырьке осталось только 2 целых таблетки и рецепт наклеен – одна четвертая один раз в день) , то особых проблем с прекращением возникнуть не должно… Вдруг он на секунду о чем то задумывается, а потом задает совершенно, кажется, далекий от нашего разговора вопрос:
-Ян, тебе, когда о свадьбе сообщили?
- Недели две назад… А что? Какое это имеет отношение к…?
- А не скажи, - хитро прищуривается старик,- ты ведь Марию хорошо знаешь, вот и вспомни, мог ли кто ни будь заставить сделать ее то, чего она не хочет? Да, действительно, эта малышка, не взирая на всю ее хрупкость – кремень, если упрется – с места не сдвинешь (и эту черту в ее характере я тоже люблю, если она начинает что то делать, пока не закончит – не остановится).
- Насколько я знаю, даже отец не всегда мог ее переубедить, - улыбаюсь я, вспоминая жаркие баталии в доме Гольшанских. Но, я знаю, Павел Иванович очень гордился дочерью и этим ее умением настоять на своем, тоже.
- Вот тут и связь, - вырывает меня из воспоминаний голос Алексея Ивановича, - Мария принимает препарат тоже, приблизительно, недели две. Понимаешь, о чем я?
- Кажется, да… Мне вдруг вспоминается разговор с ребятами по дороге домой – о быстроте свадьбы, о молчаливости подопечной и ее грусти… Да, вот это родичи наворотили. Но, какова цель этих интриг? Хотя, зная эту породу подколодную, это наверняка – деньги, много денег.
13. Александр
Утро началось с воплей маман. Ну, и чего так орать, словно мир рушится, а я, вот, сплю и никого не спасаю. Черт, в голове, точно что то взорвалось – мать залепила оплеуху Маришке (блин, а только что мы так уютно дрыхли после горячей ночи), а та выжит так, словно ее режут! Вот оно – с добрым утром!
-Тыыыы, подстилка, вон отсюда! – орет маман, таская Марину за волосы, та пытается вырваться, но, боевые навыки у моей родительницы как у спецназовца - вцепилась «врешь, не убежишь». Так, Марина в постели, как торнадо, но лысое «торнадо» меня будет сильно напрягать… Значит, надо спасать ее из «умелых» ручек мамочки. Вау, какие «красавицы» - красные, встрепанные, злые, аж искры из глаз. Вот, секунда тишины, теперь мой выход!