- Опять надрался в стельку?
-Да, и был сильно не в духе. Что там случилось, мы так и не узнали… В разговор вступает Сергей. Он самый молчаливый из всех моих ребят. И если уж заговорил, значит, что то его сильно задело.
- Ян Николаевич, он обзывал ее и выгнал в ночь из дома – без денег, теплой одежды и запретил отвезти в город. И… еще одно… Он Марию Павловну ударил. У нее сейчас синяк, наверное, на пол-лица… Я все - таки сильно устал, поэтому информация доходит немного с задержкой.
- Что? Что он сделал?! Сейчас приеду домой и прибью идиота.
А дома еще одно испытание. В гостиной, стеная и заламывая руки, сидит Елизавета. Кстати, вполне комфортно, сидит – кофе, конфеты, печенье… Вроде бы и не наивная, а верит, что я в ее спектакль поверю – переживает, мол, она.
- Ой, Ян, как хорошо, что ты приехал, а то наши молодожены тут переполох устроили! Мария такая глупая, поссорилась с мужем из за того, что Сашенька немного навеселе пришел.
И это она мне говорит, мне который Машу знает лучше всех. Начинаю постепенно закипать. А она не унимается.
- Совсем плохо ее воспитывали, еще и з дому демонстративно уехала, и всем столько проблем создала. Я уже Сашеньке говорила – ее еще учить и учить придется, иначе такое не сдержанное поведение… Мачеха осудительно цокает.
-Представляешь, она так на Сашу орала, руками тут размахивала, что ему пришлось ее в чувство приводить… Все, терпение лопнуло и тут очееень во время в комнату вальяжной походкой довольного сытого кота вплывает Сашенька – воспитатель хренов.
Он не ожидал моего удара, нанесенного исключительно в воспитательных целях…
***
Александр даже не пытается дать сдачи. Падает на пол и лежит, то ли боится, что добавлю, или снова выжрал новую порцию алкоголя… Мачеха вскочила на ноги, словно под ней загорелось кресло.
- Ян, что ты делаешь?! Саше и так уже сегодня досталось! Он же целый день искал эту твою Марию… Видимо, она почувствовала неладное ( я до боли стискиваю кулаки, сдерживая злость из последних сил), быстро захлопывает рот. Смотрю ей прямо в глаза и четко, по буквам, «выплевываю»:
- Была бы моя – искать бы не требовалось! Но… на свою беду, дураку досталась. Возразить ей нечего. Но тут братец очухался, язык заплетается ( вылакал, наверное, уже ведро чего то высокоградусного), мало получил, вот ума заткнуться и не хватает.
- А мы оба дураки! Ты... думаешь, я дурак, а Машка твоя святая? Да эта святоша уже перед… Он медленно встает (если не уймется, то уложу до утра – я сейчас миндальничать не намерен), но братец не успел закончить свою «речь». Неожиданно, но факт. На сей раз уму – разуму его учит собственная мать и, чего то нежничать тоже не расположена… Ого, а у нее, оказывается, хорошо поставлен удар. Сыночка назад, на пол, вернула за секунды. Я даже и глазом не успел моргнуть. Она и сама немного ошарашена.
- Ян, он… ты не думай, Саша тоже очень переживает… вот и… Я тут сама, а ты… Марию ведь надо все - таки вернуть домой.
Интересно, что это такое? Первый раз такое вижу. Но пусть сами разбираются, а у меня есть дела важнее…
В моем кабинете уже подключена аппаратура. Сергей уже над чем то колдует, пальцы летают над клавиатурой, Борис также, что то внимательно просматривает – они на меня даже внимания не обращают. На диване сидит старый знакомый из органов. Снова дежавью. Мы уже встречались при схожих обстоятельствах.
- Ян Николаевич, по вашей просьбе… Начальство разрешило, но только на двадцать четыре часа…
- И на том спасибо. Мои тоже сидеть не будут…
- Это… как тогда?
- Не думаю. Все проблемы с делами бизнеса я еще тогда решил…
- В нас это помнят (он улыбается), шутка ли, 8 дел закрыли. Мой шеф сказал, что я должен сделать все возможное. Да и аппаратуру, если надо будет …
- Да, спасибо за понимание. Я просто подстраховываюсь. Не дай Бог, звонок какой то мутный…
- А что все таки произошло? Сколько уже времени вы ее найти не можете?
- Третьи сутки пошли. Ребята с ног сбылись, ниточка на вокзале оборвалась. Таксист довез, высадил и все. А куда уехала? Вот вопрос. Да и все спонтанно вышло. С мужем поссорилась, вот и… Он удивленно смотрит на меня.
- С мужем? То есть с… ( он помнит мою злость и разнос в отделении пять лет назад, тогда все подумали, что я жених или муж) вами?!
- Нет. Так вышло, что Мария стала женой моего младшего брата. А он не очень то ценит, то что имеет. Я ее опекун и … сами понимаете… Он всматривается в мое лицо, хмыкает.
- Да, дела… Ну что ж, будем сотрудничать.
***
Все устали. Почти два часа ночи. Ребята день провели в беготне на вокзале, я в самолете… Костя дремлет в кресле, Борис все чаще трет глаза ( они у него уже красные, как у вампира), Сергей пьет, наверное, седьмую чашку кофе. Василий Иванович давно уехал, взяв с меня обещание, не заниматься самодеятельностью, если все серьезно – связаться с ним. Я спать не могу, внутренняя тревога, как сжатая пружина, держит «на взводе». Но парням лучше бы поспать.