- Ян, ты… Подхожу к постели. Маша пытается встать, но ее еще шатает. Подхватываю на руки и крепко прижимаю к себе. Наши лица близко, близко. Она закрывает глаза и тихонько спрашивает:
- Ты… не сердишься? Я только улыбаюсь и так же тихо отвечаю:
- Маш, знаешь, я теперь не то, что сердится на тебя не смогу, я даже дышать в твою сторону боюсь.
- Это… из – за ребенка?
- Это одна из причин…
- А еще какие есть при… Я легко встряхиваю ее на руках и девушка крепче обнимает меня за шею. А сейчас я строг:
- Вот что, любопытный ребенок, давай приедем домой и спокойно поговорим… Хорошо?
-Хорошо.
- Умница ты моя. Я выхожу в коридор, ребята вскакивают.
- Мы домой, Ян Николаевич?
-Или…? Оба обеспокоенно смотрят на мою ношу. К нам подходит Алексей Иванович.
- Все в сборе. Едем. Предписания врача я забрал.
Мы выходим к машинам. Да, не смотря на легкий спокойный тон, Алексей Иванович все таки был серьезно обеспокоен – он сам сел за руль, а не вызвал такси. Мне вдруг приходит в голову, а все ли он мне рассказал о состоянии здоровья Марии?
***
По дороге Маша снова начинает засыпать. Волнение этих суток истощило ее и, плюс, легкое успокаивающее в капельнице… Вот и результат. По прибытии домой она так и не проснулась. Укладываю ее в постель и не могу сразу уйти. Присаживаюсь на кровать и смотрю на спящую девушку. Пытаюсь понять, что же меня так привлекает в этой женщине – девочке. Ее открытость, бесхитростность, мягкость или ее беззащитность? Что же заставляет замирать мое сердце при звуке ее голоса? Чем она очаровала меня так, что я, взрослый состоявшийся мужчина, от ее « я тебя очень люблю» не могу успокоить свое сердце? Ее лицо все еще бледное, под глазами тени, у губ горестная морщинка… Хочу поцелуем согнать эту горечь с любимого лица и наклоняюсь вперед. Она вдруг глубоко вздыхает, а потом счастливо улыбается и сквозь сон шепчет «Яаан…» Наслаждаюсь этим «Яаан» и целую ее в ладошку. Она сжимает ладонь в кулачок и теперь ее губки изогнуты в мягкой теплой улыбке. Вот, так намного лучше. Спи, мое сокровище, теперь я сделаю все возможное, чтобы ты больше не плакала и всегда была рядом… Спи, и пусть тебе снятся только хорошие сны…
То, что она уснула, хорошо для меня – столько надо рассказать, объяснить, а я не могу собраться с мыслями. Там сейчас царствует только одна – я буду отцом, а матерью моего ребенка станет любимая женщина…
Но, внизу ждет Алексей Иванович и мне надо многое с ним обсудить. Поэтому, давай, Ян, шагай отсюда. Спускаюсь на первый уровень. Яркий свет горит только в коридоре и на кухне. Значит, все без церемоний расположились на кухне. Так и есть. Сегодня здесь дежурит Константин. Стол накрыт безукоризненно – легкие закуски, лимон, коньяк… У меня иногда возникает подозрение, что эти парни идеальные, вот почти как супер роботы. Приготовить вкусную еду – запросто, одеть девушку на торжество – без проблем, владеть любыми видами оружия – служба обязывает, охранять, и заботится о подопечной, как о родной младшей сестре и при этом выглядеть – хоть сейчас на подиум… Вот такие они. Я знаю, что их пытались переманить и обещали большую зарплату, но… ребята остались. За три года нашего знакомства я ни разу не пожалел, что они рядом с Марией и теперь очень хорошо понимаю Павла Ивановича. И его решение относительно этих парней. Я смотрю на них и думаю о том, скольким я им обязан. Если бы не они…
- Ян. Ян! Голос Алексея Ивановича возвращает меня в реальность.
- Да?
- Может, отпустишь ребят отдыхать? Думаю, что и мне нет смысла возвращаться домой среди ночи. Да и разговор наш… наверняка затянется.
- Да, вы правы, о многом надо поговорить. Ребят, вы спать, завтра будет очень насыщенный день. Парни переглядываются.
- Ян Николаевич, если еще что то надо…
- Нет, отдыхайте. Вы все уже сделали.
- Ну, тогда спокойной ночи… Они уходят, аккуратно прикрыв за собой дверь. Алексей Иванович похлопывает по креслу.
- Садись, Ян. Поговорим…
- Да, поговорим. Даже и не знаю с чего начать…
- Самая главная новость, как я понимаю – беременность Марии… Я невольно улыбаюсь.
- И самая лучшая! За последние два года…
- И правда… Ты пока ей ничего не объяснил? Боишься?
- И да, и нет… Я сегодня так ошеломительно счастлив, что, кажется, могу горы свернуть…
- Какое удивительное чувство, правда?
-Чувство?
- Узнать, что скоро на этом свете появиться маленькая копия тебя самого. Это просто… ты прав – это невероятно.
- Дядь Леш ( мы одни и я могу себе позволить такое обращение, он помнит меня еще пищащим свертком), ты поможешь мне… с Машей?