- Я всегда была Марией… Это мое имя… с детства. Меня Леной никогда не… Вот и ребята могут подтвердить…
Она оглядывается на нас, а Рамиль напряжено вслушивается в ее голос. Не зная, что еще можно сказать на свою защиту Маша замолкает, выжидающе смотря на мужчину, и, от волнения, прикусывает нижнюю губку. Она всегда так делает, когда волнуется и это очень… будоражит… ну, при определенных обстоятельствах. Один из моих друзей с ума сходил от этой ее милой привычки, специально ее о чем то таком, трудном, спрашивал и когда она, задумавшись, это проделывала – прямо млел ( до тех пор пока я не просек, что происходит и немного подкорректировал его детскую неуемную любознательность).
В реальность меня возвращает судорожный вдох Рамиля, он пристально смотрит на Машу ( вот черт, и этот туда же, врезать ему что ли?). Мужчина вдруг, на глазах, бледнеет, не отводя взгляда от лица девушки, вслепую находит за спиной стол, опирается и тихо, почти безумно, шепчет:
- Не может быть… Этого не может быть! Господи, пусть это будет правдой! Господи, пусть это… Он вдруг резко подскакивает к Марии, она вскрикивает от неожиданности ( я сам отшатнулся), но Ян успевает задвинуть ее себе за спину.
- Рамиль Михайлович ( голосом брата можно гильотинировать, кажется он первым Рамиля достанет), возьмите себя «в руки». Вы что - то перепутали и обознались. Я ( он оглядывается на нас), вернее, мы все, очень хорошо знаем эту девушку и что бы у вас там не случилось с этой… Ленусей - эта малышка, точно не она. Так что, если все недоразумения выяснены - мы едем домой. Он делает шаг в сторону выхода. Но Рамиль его почти не слышит, он жадно, как то даже обожающе смотрит на Марию. Видит только ее и обращается только к ней:
- Прости, девочка, прости старика. Я сейчас кое - что спрошу, ты не обижайся, только ответь мне… Хорошо? Я… не бойся, я не сумасшедший, все хорошо… и вот, ребята с тобой… ты только скажи мне… Прости за этот вопрос, но это очень важно…
Он кладет ладонь себе на грудь, и показывая пальцем конкретное место, тихо, очень сильно волнуясь, спрашивает:
- Вот тут, на груди, у тебя ведь есть родинка?
Маша ошалело смотрит на ополоумевшего Рамиля и молчит. Он складывает ладони в молитвенном жесте и просит:
- Пожалуйста, скажи, есть?! Краска заливает личико Маши, и она тихонько отвечает:
- Есть. А… вы откуда… и зачем вам это зн… Но он только бормочет в ответ:
- Я знал! Я чувствовал это… Я знал, что все не правда…
Потом, словно резко очнувшись, хватает девушку за руку, пытаясь потащить ее за собой, она испуганно взвизгивает. Но и Ян не дремлет, выхватывает Машину ладошку из цепкой лапищи Рамиля и угрожающе рокочет ( значит, сдерживается уже из последних сил, знаю я этот рокот, у меня после него еще несколько дней челюсть потом болит):
- Объясните, наконец, что вам надо от Марии и перестаньте ее пугать, ей нельзя нервничать ( замечаю, как Егор и рыцари удивлённо таращатся на брата, ага, они были не в курсе, что Маша в положении) или я за себя не ручаюсь.
Ого, а братец то уже пошел в разнос!
***
У Рамиля взгляд становится ошалелым - мужем то я назвался, а озверел вдруг Ян. Брат уже успел сграбастать Машу, касается губами ее волос и что то тихонько спрашивает, она качает головой, вид у нее виноватый, а мне даже не светит теперь подойти ближе ( Константин стоит между мной и девушкой, спрашивается, и когда успел?). Что то изменилось в их с Яном отношениях за эти несколько дней… Да, очень изменилось! Вон как доверчиво прильнула к нему, даже за талию обняла, а когда я обнимал, все равно ладонями в грудь упиралась (хоть ее и колотило от ужаса не хило так).
Все почему то молчат и смотрят на этих двоих. Егор и Рамиль Михайлович пытаются понять, что вообще происходит, рыцари удовлетворены происходящим ( у Сергея взгляд, как у счастливого родителя – детки помирились наконец то, а у меня опасения вызывает Константин, при взгляде на меня его ладонь как то самопроизвольно сжимается в кулак). Первым нарушает тишину брат:
- Рамиль Михайлович, если ваши вопросы… ( он теперь почти мурлычет, близость Маши свела на нет весь боевой настрой) . Хозяин клуба мотает головой:
- Ян, у меня их так много… Ты просто не представляешь, что… Но я сейчас не могу все объяснить. Сейчас только еще один. Он снова вглядывается в личико Марии :