Я «взрываюсь» как фейерверк, каждый миг моей, первой в жизни, «маленькой смерти» рассыпается сотнями многоцветных эмоций. Мой ( теперь это сто процентов и гадать не надо) мужчина тяжело дышит мне в шею. Поворачиваю голову, целую горячую, немного соленую, щеку, шепчу:
- Ян, все хорошо?
Он, как то полузадушено, хмыкает, приподнимается и, смотря на меня шальными синими - синими глазищами с тихим смешком спрашивает:
- Знаешь, за что я тебя люблю?
Я боюсь что ослышалась:
- Ты меня любишь?!
Ян прижимается своим лбом к моему, глаза в глаза и говорит мне прямо в губы:
- Глупышка моя, наивная моя малышка, я уже несколько лет тебя люблю. Очень люблю!
Мне так радостно от этих слов, что я, тоненько пискнув на радостях, дарю моему любимому мужчине самый сладкий свой поцелуй… Ян не упустил свой шанс и я снова получила доказательства опытности этого мастера постельных утех ( если кто, при мне, еще об этом вспомнит, вцеплюсь в волосы, я, оказывается, жутко ревнивая! ). Уснула, уставшая и счастливая, в самых надежных объятиях моего любимого мужчины.
А когда проснулась…
Продолжение 11.08
Когда проснулась, спальня напоминала оранжерею или цветочный магазин – цветы были повсюду. На постели, рядом со мной, лежал огромный букет лилий. И букетов из самых разных цветов было множество. К каждому прикреплена карточка только с одним словом «Люблю…».
Несколько новогодних гирлянд наполняют комнату веселыми огоньками, а мое сердце самими разными эмоциями – нежностью и удивлением, благодарностью и уверенностью, желанием и любовью… Их так много, что я даже и не пытаюсь выбрать что то одно. Все это может быть только вместе и называется – счастье быть любимой женщиной. Мое сердце, моя душа и мои разум и тело говорят мне о том, что несколько часов назад я получила бесценный дар – любовь настоящего мужчины. Мужчины, предназначенного Судьбой только для меня. Осознание важности этого момента в моей жизни заставляет мысленно поблагодарить Бога за такую огромную милость и я, сложив ладони вместе, благодарю, как умею:
- Господи, спасибо тебе! За все - все! За моих самых лучших на свете родителей, за их заботу и любовь, за мое спасение, за мою мудрую несгибаемую бабушку, за моих верных рыцарей, Костю и Сережу, за моих детей ( почему то уверенна, что Миша – сын Яна, и я уже принимаю его, как своего ребенка) и за этого ангела – хранителя, которого Ты послал мне в знак своего благоволения к моей судьбе. Спасибо, тебе Господи, за Яна, за то, что он есть и всегда был в моей жизни. Спасибо! Мои глаза наполняются слезами и я продолжаю бормотать слова молитвы… Так, со слезами на глазах меня и застал Ян и сразу всполошился:
- Маша, почему слезы? Родная моя, тебе больно? Где болит?! Я только мотаю головой и не могу отвести глаз от родного, немного растерянного, встревоженного лица. Во мне сейчас океан нежности и любви к этому, уже перепуганному, мужчине.
- Малышка, не молчи, скажи, что случ…
Мне сейчас легче показать, чем сказать. Я подхватываюсь на ноги и крепко – крепко обнимаю свое счастье, которое теперь никому и никогда не отдам. Он, в ответ, прижимает меня к себе и запрокидывает голову, что бы увидеть мое лицо и, наконец то, понять, что со мной происходит. А я… Я жадно всматриваюсь в каждую черточку этого красивого мужского лица и влюбляюсь сейчас еще больше – в эти обеспокоенные синие с серым грозовые глаза ( я помню этот взгляд где бы я не была), длинные ресницы, смоляные брови в разлет…
- Маша, что с тобой, - он, встревоженный моим пристальным взглядом, тормошит меня, - что случилось? И я отважилась.
- Ян, - сглатываю комок слез ( нет, нет, это от радости), - я тебя очень – очень люблю. В его глазах вспыхивают блики от новогодних огоньков… Я не знаю, что будет потом и как мы все это будем объяснять другим, но, сейчас, я нежно – нежно целую своего любимого мужчину. В этом поцелуе нет страсти, только благодарность и море нежности, легкий намек на соблазнение и толика желания. Быстрые сильные удары его сердца я чувствую как удары своего - они бьются в унисон. И его возбуждение тоже чувствую, но Ян, прервав наш поцелуй, прячет лицо у меня на груди и уже оттуда глухо бормочет: