- В этом исчезновении есть большая доля и моей вины …
Продолжение 25.08
Маша как то растерянно топчется возле бабушки, она еще не подозревает, что сегодня узнает тайну своего рождения ( я уже понимаю, что Рамиль приехал в мой дом не просто так, значит у него есть доказательства и, судя по всему, очень весомые). Подхватываюсь с дивана и забираю Машу к себе. Она садится рядом и, на автомате, держится за мою руку. Егор посылает мне улыбку и показывает большой палец – «молодец!». Сашка закатывает глаза, но через секунду тоже тепло улыбается. Он высказал мне если не все, то очень многое. И я теперь знаю, что он мне не соперник и не враг. Он МОЙ младший брат, тоже по своему «сломанный» родителями. И теперь я отвечаю и за его судьбу. Тамару Леонидовну усаживает возле себя Алексей Иванович.
Рамиль Михайлович обводит взглядом всю нашу компанию и останавливает его на Маше. Она нервничает и сильнее сжимает мою ладонь.
- Все хорошо, маленькая, все хорошо. Давай послушаем, то, что нам расскажут, - я приобнимаю ее за худенькие плечики. А мужчина начинает:
- Почти все, здесь присутствующие, знают, что двадцать лет назад погибла моя любимая женщина. Ее звали Вероника. Ника.
Он делает длинную паузу, видимо, ему нелегко все это вспоминать.
- Многие годы все говорили о автомобильной аварии и о том, что я не справился с управлением, ехал на большой скорости и многое другое. Я и сам себя корил. Жить не хотел. Я в той аварии получил сильные травмы и несколько недель провалялся в больнице, находясь между жизнью и смертью. Но… самое страшное было в том, что Ника погибла, будучи беременной.
Он снова делает паузу. Мы все молчим. Каждый понимает, какую рану расковыривает перед нами этот сильный человек. Искоса смотрю на Марию. В ее глазах уже блестят слезы, губки дрожат. Ей жаль Рамиля и его родных. Что бы успокоить, поддержать, переплетаю наши пальцы и теснее прижимаю ее к себе – « все будет хорошо, я рядом».
- Долгое время я… Я не мог принять то, что ее и нашего ребенка больше нет… Я тоже хотел умереть.
Он вызывающим взглядом смотрит на нас. Я не отвожу глаз. Я знаю, каково это, я тоже это испытал. На мгновение прячу лицо в волосах девушки, вдыхаю родной ванилиновый аромат. А в голове стучит мысль, а я смог бы жить если бы она… Нет, даже думать об том не могу. Нет, только не это.
- А потом мне намекнули, что, возможно, мой ребенок выжил. И я принялся искать тех, кто был в больнице той ночью. Мои люди нашли всех, расспросили. Оказалось, что в тоже время там рожала жена моего знакомого Павла Гольшанского, Елена. У них родилась чудесная девочка, и Павел просто светился от счастья. Ребенок был очень желанным, но роды для Елены прошли трудно и, больше родить она уже не смогла бы…
Мне сказали что, когда Нику везли в больницу, она все просила, что бы спасли малыша, и что женщина – врач, которая делала операцию моей жене, пытаясь ее спасти, сделала все возможное и невозможное… Он судорожно вдыхает, пытаясь успокоится.
- К сожаленью, ребенок, моя маленькая дочка, не прожила и несколько часов после смерти матери. На тот момент, когда я очнулся, Веронику и малышку уже похоронили. Это было все, что я узнал тогда. Казалось бы, все ясно, все уже закончилось. Но… было что то такое… Какое то чувство, что мой ребенок… Он есть. Я не могу это объяснить. Мне часто снилась Вероника. Одна. И спрашивала, как растет доченька. Вы скажете глупо верить снам, а я почему то верил. И с каждым днем все больше, а потом… потом из больницы уволилась женщина - хирург и вовсе куда то пропала из Москвы.
Продолжение 27.08
- На мои вопросы, где я мог бы ее найти, только ответили, что она уехала навсегда. А одна старенькая нянечка «по секрету» сказала, что той докторше какие - то бандиты угрожали. Мои ребята поклялись, что были очень корректны. У меня не было причин им не верить.
Тамара Леонидовна глубоко вдыхает и произносит:
- Это были не ваши люди. Павел потом выяснил, что это…
Рамиль согласно кивает:
- Да, теперь я знаю, кто стоял за этим, я благодарен вам и Павлу. Возможно, мой племянник не остановился бы перед убийством ребенка.
Тамара Леонидовна сцепляет пальцы в «замок». Но все равно видно, что руки мелко подрагивают. Она начинает свою часть рассказа о тех событиях ( Маша внимательно слушает, пригревшись у меня под боком):
- Той ночью, когда привезли вашу жену. Она попросила не только спасти малышку…
Рамиль пронзительно смотрит на женщину:
- Что именно она сказала?
- отдать ребенка только в руки отца… Мужчина на миг прячет лицо в ладонях, а женщина продолжает: