Детскую «сделали» за 4 часа. И мы поехали за Мишкой. Он прыгал, как мартышка и, от радости, даже говорить связно не мог. Вот обнял меня крепко, чмокнул и приклеился к Яну. В глаза заглядывает, за руку трогает и слушается беспрекословно. Собирать игрушки? Да, сейчас! Сложить книжки в картонку. Да, пап! Будем играть в футбол? ДА, пап!!! Мне и радостно, и немного прошибает на слезы. Как же нужны ребенку родители, дом, семья и уверенность в завтрашнем дне. И Ян… То погладит кудрявую головенку, то подбросит на руках, то пощекочет, то лбом «пободает» свою маленькую копию… Даже и говорить нечего. Счастье оно и есть счастье. У бабушки глаза тоже на «мокром» месте:
- Правильного человека тебе судьба послала, внученька. Я теперь спокойна. Он умный, сильный и добрый. Такие теперь редкость. Дорожи им.
Она почти в слово в слово повторяет то, что я слышала от женщины на кладбище.
52. ЯН. Правда бывает безобразной...
Машка о чем то тихо беседует с бабушкой, а мы, мужчины, собираем Мишкины вещи в картонные коробки. Малыш слушается беспрекословно. Ему нравятся мои похвалы. Мы уже почти час укладываем игрушки, одежду, книги и море всяких «нужных» в детском хозяйстве мелочей. Маша только поглядывает в нашу сторону и ласково улыбается взбудораженному ребенку, а я смотрю на ее губы и жалею, что открыл утром дверь мастерам…
Но вот, все уложено и Мишка остался в комнате, что бы поиграть с здоровенным, серо голубоватого окраса, котом, а я иду на кухню и слышу слова бабушки:
-… теперь спокойна. Он умный, сильный и добрый. Такие теперь редкость. Дорожи им.
На сердце становится тепло, значит, бабушке я нравлюсь и она приняла меня. И еще больше меня обдает жаром от слов Маши:
- Бабуль, он… любит меня. Очень. Я знаю ( умница моя!). И я… ( почти не дышу, так хочу услышать ее признание). Но эта вредная малышка говорит совсем не то, чего я жду.
- Бабуль, представляешь, я жутко ревнивая! Я ту женщину в квартире Яна чуть не ударила. Она его за руку взяла, а мне хотелось ей за это… Уф, еле сдержалась.
- Значит, сильно любишь?
- Я только сейчас поняла, насколько. Ба, он такой…
- Ян, заходи. Ты в дверке микроволновки отражаешься.
Ну, все, меня спалили. Тамара Леонидовна лукаво улыбается:
- Подслушивать плохо. Можно о себе услышать правду.
Я сажусь возле Маши и, на мгновение, прижимаю ее к себе. «Моя!» Всепоглощающее чувство собственника. Интересно, слово коротенькое, а такое емкое. Моя, вся, от пушистых дрожащих ресниц до аккуратных маленьких пальчиков на ногах.
Когда Васька, получив сногсшибательную (буквально) порцию внимания, изобразил умершего, Мишка, наконец то, соблаговолил ехать на новую территорию – папин дом.
Ребята съехали в подземный гараж, что бы загрузить вещи в лифт. А я подъехал к парадному входу. Мишка, задрав голову, восторженно рассматривает сияющий в солнечных лучах дом и на полном серьезе спрашивает:
- Пап, это дворец? Ты король?
Маша прыскает в ладошку.
- А я тогда принц?!
Машка, негодница, уже в голос хохочет:
- Да, Грозовские, скромность вам неведома. Идем домой, королевские особы, будем…
Подхватываю Мишку на руки. Он легкий, для его поддержки достаточно и одной руки, а другой - обнимаю Машу за талию. Хочу вот так переступить порог своего дома – обнимая любимую женщину и держа на руках сына.
Но… Хорошее настроение уничтожает резкий голос моей мачехи:
- Бесстыжие! Обманули мужа и брата… Радуетесь, сволочи?! Ты! Сучка сопливая, решила приплод нагулянный получше пристроить? Машу начинает «бить» дрожь. У Мишки глаза испуганно округляются и наполняются слезами:
- Пап, а эта тетя… злая мачеха, да?
Елизавета шипит как змея:
- Нашел таки, своего ублюдыша?! Та жадная шлюха, все таки пожалела денег на аборт! Я знала! Знала, что самой надо было ее отвезти!
Маша защитным жестом накрывает живот. Мачеха замечает это и вдруг резко вскидывает руку к горлу, глаза какие то сумасшедшие:
- Ну, нет, я слишком долго ждала! Ты…
Прошу мою малышку:
- Машунь, закрой глаза.
Она, умница моя, послушалась без вопросов. Спрятала лицо, прижалась к моему плечу. Черт, ребята задерживаются, от охранника толку нет…
На безымянном пальце мачехи кровавым «глазом» сияет рубиновый перстень.
-… сейчас же вернешься домой!
- Не вам это решать, Елизавета Андреевна…
За моей спиной мягко тормозит автомобиль, хлопает дверка, и Мишка радостно вопит:
- Деда приехал!
Елизавета бледнеет и хватает воздух, как выброшенная на берег рыба. Дед – красавец забирает у меня Мишку и, с угрозой в тоне, заявляет (умный мужик, просек ситуацию на «раз»):