- Не уйду, - вдруг сказала Соня, и Кира понял, что у него перехватило дыхание от ее слов. Он боялся надеется на что-то большее, чем дружба. Но даже и это делало его счастливым.
- Почему? – не выдержал он.
- Что потому? - вдруг кокетливо сказала Соня и подошла еще ближе к нему, - Почему не уйду? А вот поэтому!
И не успел он что-либо понять или сделать, как Соня притянула его к себе, обхватив правой рукой за шею, потому что плечо слева еще болело, и крепко поцеловала. Кира блаженно выдохнул, не веря, и обхватил Соню в объятия. Ее губы были сладкими как мед, и он невольно застонал. Вдруг Соня прервала поцелуй и внимательно посмотрела на него. У нее было странное ощущение от поцелуя, словно знакомое. Кира, смотря в ее глаза, вдруг понял, что не может начинать что-то прекрасное со лжи. Он немного отстранился от нее и тихо, виновато произнес:
- Соня! - голос его дрожал от волнения, но он был уверен в правильности того, что делает. - Я должен тебе кое в чем признаться.
- В чем? – удивилась она. Соня вдруг насторожилась, и сердце ее упало и ухнуло куда-то в темноту отчаяния. Ее накрыло ужасное предчувствие. Она внезапно испугалась, что он сейчас вежливо, но спокойным деловым тоном скажет, что ему не нужны никакие отношения, тем более с бывшей работодательницей. А может и еще что-то. Она лишь стояла, тяжело дыша, еще чувствуя его поцелуй и ждала свой приговор. Соня приготовилась к правде, вдруг поняв, что пусть это будет больно, но зная эту правду, она теперь сможет сама принять решение, что ей дальше делать и как быть. Это было так странно и волнующе, а для Сони ощущалось, как необходимость.
- Говори, - спокойно сказала она.
- Ты помнишь день, когда выпила почти весь графин виски? – неожиданно спросил он.
- Да, - удивилась Соня столь резкой смене темы, пока не понимая, к чему он клонит.
- Я еще тогда отнес тебя в спальню, - произнес Кира, смотря на нее, как в последний раз, осознавая, что еще секунда, и она уйдет.
- Я, честно говоря, не очень хорошо это помню, - сказала Соня, нахмурившись.
- Я понимаю, ты много выпила тогда, - кивнул он.
Соне стало стыдно. Она вспомнила, как пыталась в алкоголе забыться и исправить то, что нужно было просто менять.
- Да уж... - с ужасом вспомнила Соня, сама поражаясь себе.
- Соня, это был я, а не Виктор тогда, - вдруг выдохнул Кира с обреченностью человека, стоящего и ждущего смертельный приговор. Он прекрасно понимал, что такое простить нельзя, и потому был готов ко всему. Даже к ее ненависти, как бы больно ему не было от этого. - Я пойму, если ты никогда не захочешь меня больше видеть, - произнес он обреченно, и его плечи безнадежно поникли. Кира уже внутренне был готов собрать вещи и уйти, чтобы только ей было хорошо, а он найдет себе угол. И не дожидаясь ее ответа, Кирилл быстро произнес, уже поворачиваясь собирать вещи:
- Я оставлю тебя здесь, а сам уйду жить к другу, - сказал он, видя, как Соня смотрит на него с потрясенным лицом и одинокая слеза стекает по ее щеке. - Прости, но ты была в таком отчаянии! Я пытался уговорить тебя, но, впрочем, все равно вся вина лежит на мне, - со стоном страдания произнес он, уверенный, что теперь она ненавидит его и никогда не простит.
Соня стояла, замерев со стеклянным взглядом. И вдруг тихо, уже почти в спину Кире тихо прошептала, даже не осознавая этого.
- Так это был ты, а не Виктор!
Она стояла как будто ледяная статуя, ничего не видя перед собой, а Кирилл, услышав ее, выдохнул и резко повернулся лицом к Соне, пытаясь понять, к чему она сказала это.
- Да - понуро произнес Кира, слыша в ушах лишь звук своего разбившегося сердца.
Вдруг Соня начала истерично смеяться и не могла остановиться в приступе истерики. Кира понял, что боится за нее, испугавшись, что новость на фоне всех событий в ее жизни за последнее время довела ее до психического истощения.
- Соня!! - в волнении воскликнул он, схватив ее за плечи, все еще истерично хохочущую, но ее смех плавно переходил во всхлипы. Вдруг она, как будто отмерзла, посмотрела на него и уткнулась мокрым от слез лицом ему в грудную клетку, где судорожно билось его сердце.
- Слава Богу! - тихо-тихо произнесла она голосом, в котором слушалось счастливое облегчение. Кира ничего не понимал, а главное, ее состояние и что она думает, но не смел верить своим ушам, чувствуя надежду.
- Что ты сказала?! - он не очень понимал, что происходит.
В это время Соня подняла к нему счастливое лицо и, улыбаясь, сказала:
- Я беременна. Я так переживала, что это ребенок Виктора. И это точно не ребенок Игоря, потому что еще тогда, она сказал мне, пытаясь уговорить на первый секс, что переболел свинкой и бесплоден.