— Я вынужден наказать тебя, как наказывал Чимина, — вполне серьезно сказал Намджун.
— Джун, не горячись, — попросил Юнги. — Ну вспылил, да, с кем не бывает? Я постараюсь контролировать себя.
— Ты подвергаешь всех нас большой опасности уже не в первый раз. Сколько можно? Я давал тебе сотню шансов, но ты, выражаясь твоим грязным лексиконом, всех их просрал. Ужасно… Как ты можешь разговаривать на таком языке? Настоящее кощунство. Но ничего, у тебя будет время подумать над своим поведением. Я запрещаю тебе неделю выходить.
— Это нечестно, бля! — Юнги схватил подушку и швырнул ее в стену. — Ты не имеешь права! Я такая же самостоятельная личность, как и ты, я тоже заслуживаю свободы! Кто вообще решил, что ты самый главный? Я могу быстро это исправить!
Юнги кинулся на Намджуна с кулаками, и между личностями завязалась драка. Чимин и Сокджин злорадствовали и наблюдали за происходящим, не вмешиваясь, но подначивая на еще большие действия и подливая масло в огонь провоцирующими словечками. «Давай, врежь ему как следует, Юнги!», — кричал Чимин. «А мне кажется, Намджун уделает этого ненормального в два счета», — отвечал Джин. Чонгук от страха забился в угол и старался не смотреть на драку между взрослыми. Хосок предпринимал попытки разнять Юнги и Намджуна, но, как известно, инициатива наказуема: стоило парню втиснуться между ними, чтобы растащить друг от друга, как ему прилетела пара случайных ударов по лицу и ребрам.
Заснувшую на своем рабочем месте медсестру разбудили крики, доносящиеся из палаты. Девушку предупредили о том, что там находится буйный пациент, и в случае чего она незамедлительно должна звать санитаров, охрану или дежурного врача, но растерявшись, медсестра первым делом побежала не звать на помощь, а прямиком в палату. Распахнув дверь, она увидела, как юноша катается по полу, ругается на непонятном ей языке, меняя интонации и тона голоса, и то пытается задушить себя, то наносит удары по своему же лицу.
— Срочно! Сюда! — закричала девушка, не решаясь самостоятельно утихомирить разъяренного Юнги, который стал головой биться о прикроватную тумбочку. — Здесь пациенту плохо! Он убьет себя!
Особо любопытные пациенты выглянули в коридор, сонные и в пижамах, и стали наблюдать за тем, как на крики примчались два крепких санитара, а через несколько минут спустился врач, впопыхах забегая в палату, из которой доносились грохот и странная речь.
— Я не дам тебе себя уничтожить! — ругался Юнги в попытках выскользнуть из рук санитаров. — Пошел на хер!
— У тебя нет другого выхода! Вы все подчиняетесь мне, потому что без меня вам не выжить! — кричал в ответ Намджун.
— Когда ему делали укол? — врач достал из кармана своего белого халата упаковку с таблетками, пока санитары укладывали на кровать Юнги, крепко держа его за руки и ноги.
— Часа чет… четыре назад, — ответил молодой мужчина, уворачиваясь от случайных ударов. — Ты посмотри, какой буйный!
— Отлично. Открывайте ему рот.
Врач наклонился над Юнги, которого с трудом перевернули на спину, и насильно впихнул в него две круглые таблетки, тут же зажимая его рот ладонью, не давая возможности выплюнуть лекарство. Пациент дергался еще некоторое время, бормоча что-то невнятное себе под нос, но под воздействием препарата силы стали постепенно покидать его, и в конце концов, когда Юнги расслабился, санитары настороженно отпустили его. Они, как и доктор, успели заметить, насколько сильно пациент избил себя: кровоточащие раны на лице, ссадины по всему телу, красные отметины на коже, которые вскоре превратятся в синяки, следы от попытки удушья… Картина не из веселых.
— Уберите тут все, — дежурный врач указал на разбросанные подушку и одеяло, на разбитый напольный торшер, на капли крови на полу, — и следите, чтобы он снова не натворил дел.
Пока санитары выполняли поручение, пока медсестра тряслась возле стены, а Юнги смирно лежал на кровати, стеклянными глазами разглядывая бежевый потолок, доктор вышел в коридор, достал мобильный телефон и набрал номер Кортни Джексон, который ему оставила доктор Уайт. Женщина ответила на звонок сонным голосом.
— Мисс Джексон? Это доктор Стивенс. Прошу прощения за столь поздний звонок, но мне оставили Ваш номер, чтобы я мог с Вами связаться в случае чего.
— Что-то стряслось? — голос адвоката стал звучать уже более бодро.
— Ваш клиент опять разбушевался. Он проснулся после действия успокоительного укола, но нам пришлось снова дать ему лекарство, потому что он покалечил самого себя в палате. Не волнуйтесь, он жив, раны есть, но ничего серьезного.
— Господи… — Кортни тяжело вздохнула. — Мне нужно приехать?
— В этом нет необходимости, мы за ним присмотрим. Приезжайте завтра утром, доктор Уайт будет Вас ждать.
— Хорошо, я поняла. Спасибо.
Джексон отложила телефон на прикроватную тумбочку и упала на подушки. Ситуация набирала опасные обороты, и с этим нужно было разбираться как можно скорее. Кто, если не она, поможет Тэхену не только избежать незаслуженного наказания, но и вылечиться от столь тяжкого недуга? Парень заслуживал нормальной счастливой жизни, и Кортни пообещала себе, что сделает все возможное, чтобы вытащить его из этого грязного болота.
После короткого разговора с адвокатом доктор Стивенс убрал телефон в карман халата и велел всем проснувшимся пациентам возвращаться обратно в свои кровати, заверив их, что все хорошо и в их присутствии нет необходимости. Он попросил медсестру уложить пациентов, а сам еще раз заглянул в палату, где находился Юнги, чтобы окончательно убедиться в том, что он действительно успокоился. Парень не реагировал на присутствие санитаров и продолжал лежать на спине так, словно его никоим образом не волновали посторонние звуки. Так оно и было, ибо Намджуну удалось затолкать Юнги в тень, но благодаря таблеткам силы всех личностей иссякли, и ближайшие пару часов никто точно не сможет выйти на свет.
========== Сокджин/Намджун ==========
На следующее утро Кортни Джексон к девяти утра была уже на пороге клиники, в которой работала доктор Уайт и где находился ее подзащитный. Адвокат поднялась на лифте на нужный этаж и быстрым шагом дошла до кабинета врача. Кортни была уставшей — ночка выдалась не из простых. Из-за свалившихся на нее переживаний она просыпалась каждые полчаса и, как в бреду, осматривалась по сторонам. Ей казалось, что Юнги находится где-то рядом, и стоит ей закрыть глаза, как он нападет на нее и убьет. От разыгравшегося воображения женщина дергалась от каждого шороха, включила на всякий случай свет и регулярно проверяла, закрыта ли ее входная дверь и нет ли кого-то за шторой в спальне. Под утро, когда начало светать, Джексон поняла, что больше нет смысла спать, и отправилась в душ, чтобы освежиться, умыться и привести себя в чувства, а после — на кухню, где выпила подряд две чашки крепкого кофе без сахара. По дороге в клинику Кортни едва не уснула, поэтому пришлось громко включить радио и разговаривать самой с собой. «Такими темпами и мне скоро найдут здесь местечко», — вслух сказала адвокат, паркуя машину рядом с клиникой.
«Войдите!», — донеслось из кабинета, в который и зашла Кортни. Доктор Уайт сидела за своим рабочим столом, а в кресле напротив обустроился Тэхен. Аккуратным почерком он отвечал на вопросы того самого теста, который проходили Намджун, Хосок и Юнги. Когда парень повернулся к женщине и игриво ей подмигнул, она поняла, кто сейчас управлял телом ее клиента, но больше всего ее внимание привлек его внешний вид, подтверждающий слова звонившего вчера доктора Стивенса.