***
Когда Кортни Джексон вместе с Намджуном вышла из машины напротив полицейского участка, к ним тут же, как по щелчку пальца, подбежали полицейские и надели на подозреваемого наручники, скрутив его так, словно он был самым опасным преступником в городе. Кортни запротестовала и велела отпустить парня, но ее просьба осталась незамеченной, поэтому женщине ничего не оставалось, как последовать за полицейскими в участок. Как позже выяснилось, капитан Гордон приказал встретить преступника и его адвоката со всеми почестями, усилить охрану и сделать все возможное, чтобы они снова не удрали в очередную клинику для фарсового обследования. Гордон не верил в болезнь Тэхена и собирался доказать его виновность в суде. Он был настроен решительно. Но и Джексон не собиралась отступаться от защиты.
По дороге в кабинет детектива Купера к Кортни и паре полицейских, что вели под локти Намджуна, который вел себя тихо и даже не смел сопротивляться, присоединился капитан Гордон и офицер Пол Дэвис. Обменявшись короткими кивками в качестве приветствия, они синхронно ускорили шаг, свернули за угол и уже через пару минут стоял напротив нужной двери.
— Да! — громко отозвался детектив, когда к нему постучались.
Первыми зашли полицейские вместе с главным подозреваемым, которого все уже полноправно считали преступником, следом вбежала Джексон, стараясь держаться рядом с Намджуном, а за ней с самоуверенным лицом вошел капитан Гордон в компании Пола Дэвиса — тот держался гордо, с прямой осанкой и проницательным взглядом. Офицер выглядел моложаво, хоть и было понятно, что ему давно перевалило за сорок.
В кабинете детектива Купера приятно пахло корицей. Кортни увидела на широком лакированном столе, где повсюду аккуратно были разложены стопки бумаг, ручки, блокноты и разноцветные папки, белую чашку с недопитым кофе. Именно от него исходил тонкий аромат. Намджун, в свою очередь, оценил, насколько здесь было чисто и светло. Создавалось впечатление, что ни в едином уголке кабинета не было и чуточку пыли или грязи. «Педантичная личность», — решил для себя Намджун, заметив и внешний вид детектива. Дорогой костюм с иголочки, ровно подстриженные ногти (явно работа салонного мастера), серебряные запонки и часы, от которых за версту веяло космической суммой денег. И когда детективы успели выйти на такой уровень?
— Мисс Джексон? — Купер встал из-за стола, застегивая пиджак, и протянул адвокату руку. — Ну зачем же так официально? С полицейскими, капитаном и офицером… Я не настолько опасен, чтобы приводить ко мне целый конвой.
— Я никого не приводила. Они сами… увязались, — Кортни улыбнулась. — Вы хотели поговорить?
— Да, пройдемте в комнату для допроса, — детектив мельком взглянул на Намджуна, — хочу пообщаться с Вами, господин…? Простите, из головы вылетело.
— Ким Тэхен, — ответил Намджун.
Капитан Гордон и офицер Дэвис переглянулись. Им никогда не нравилась чрезмерная вежливость детектива Купера. Они выступали за жесткие меры, стараясь произвести впечатление людей серьезных и влиятельных, но как бы они ни выпрыгивали из штанов, им так и не удалось переплюнуть детектива. Быть может, все дело было как раз в его мягкости? Да и умом и сообразительностью Купер превосходил своих коллег.
Детектив Купер попросил полицейских оставить Тэхена, так как не видел в такой охране необходимости, и подмигнув Кортни, повел ее на этаж выше. За ними широкими шагами последовали Гордон и Дэвис. Навострив уши, они пытались услышать, о чем переговаривались детектив и адвокат, но так и не смогли ничего разобрать. Периодически они поглядывали на Тэхена, который держался слишком уверенно и спокойно, что показалось им подозрительным.
В комнате для допроса было достаточно светло и приятно. Никаких висящих под потолком шатающихся лампочек, никакой сырости, ржавых стульев и всего прочего, что могло бы вызвать страх или отвращение. Намджун сел напротив детектива, сложив руки в наручниках на гладкой поверхности стола. Через окно за ними наблюдали Джексон, Гордон и Дэвис. Они могли и видеть, и слышать все то, что творилось в комнате, а вот те, кто в ней находился, — нет. Детектив Купер выглядел дружелюбно и даже улыбался. Может, такова была его тактика, чтобы отвлечь внимание преступника, расслабить его, расположить к себе и узнать всю необходимую информацию? Но Намджун не собирался ничего скрывать. Он так же был открыт для диалога, ведь правду всегда говорить легко и приятно, тем более ни он, ни Тэхен не делали ничего, за что их можно было бы засадить за решетку. И только честность сможет помочь им всем избежать несправедливого наказания.
— Итак… — Купер прокашлялся, открывая папку с делом об убийстве Ким Джу Хвана. — Ким Тэхен, Вас обвиняют в убийстве собственного отца. Капитан Гордон добился того, чтобы на Вас завели дело со всеми прямыми обвинениями и доказательствами. Отпечатки, показания свидетелей… В отделе прокуратуры нет ни одного человека, который был бы против выдвинутых против Вас обвинений. Я сам лично занимаюсь Вашим делом и могу сказать, что доказательства железобетонные, уж простите за мою прямоту. Единственный человек, на которого Вы можете рассчитывать, это госпожа Джексон. Я знаю, что Вы собираете сведения психиатров, чтобы доказать Вашу невменяемость… Ах, нет, простите. Множественную личность. Как по мне, так это одно и то же, прошу прошения. Так указала Ваш адвокат. Что вы можете сказать на этот счет?
— Во-первых, меня зовут Ким Намджун, — спокойным и уверенным голосом заговорил молодой человек. — Тэхен действительно болен. Мы скрывались настолько долго, насколько могли, но сейчас ситуация не требует отлагательств. Его отца действительно кто-то убил, но сделал это не Тэхен. Доктор Уайт, которая работа с нами два дня, может подтвердить наличие других личностей. Также мы с госпожой Джексон планируем отправиться в клинику доктора Рошана, которая находится в Филадельфии.
— И где же сейчас Тэхен? — детектив снисходительно улыбнулся — так, словно перед ним сидел не больной человек, а расфантазировавшийся ребенок.
— Он здесь, — Намджун приложил ладонь к своей груди. — Тэхен сейчас спит. Наш адвокат специально попросила меня выйти, чтобы я мог поговорить с Вами, детектив Купер. Вызывать других личностей было бы слишком рискованно.
— Но Вы ведь понимаете, что в любом случае Вам придется отправиться в тюрьму, где Вы пробудете до начала суда?
— Конечно. Мы… я готов к этому.
— Выходит, Джу Хвана убила одна из личностей Тэхена? — детектив нахмурился, но не было ясно, настроен он серьезно или ерничает.
— Именно так. Я не знаю, кто мог совершить настолько ужасный поступок, — Намджун поджал губы. — Я говорил с другими, но никто не сознается.
— Могу ли я пообщаться с кем-нибудь еще? Сколько личностей содержит в себе Ким Тэхен?
— Шесть, включая меня. Не думаю, что это хорошая затея, но раз Вы так просите… — Намджун грустно усмехнулся. — Нам никто не верит. Все принимают наши слова за бурную фантазию человека, который пытается избежать наказания, но Тэхен действительно болен… Ему нужна помощь. Вы слушали записи госпожи Джексон? Она приносила с собой диктофон на наши встречи.
— На руки записи я пока не получал, но обязательно с ними ознакомлюсь, — Купер кивнул головой и посмотрел на свое отражение в зеркале. Он знал, что Кортни внимательно следит за их беседой. — Так могу ли я познакомиться еще с кем-нибудь?
— Я могу позвать Хосока.
— Зовите.
Офицер Дэвис и капитан Гордон заметно напряглись. Они не отрывали взгляда от Намджуна, в то время как Кортни, уже привыкшая к подобным вещам, оставалась спокойной и лишь про себя молилась, чтобы детектив поверил ей и Намджуну и встал на их сторону. Если он даст показания в защиту подозреваемого, то это станет огромным плюсом и еще одной ступенькой, приближающей Тэхена к спасению.
Намджун прикрыл глаза, зашевелил губами и замер. Детектив тоже старался не двигаться и все свое внимание направил на парня, сидящего напротив. Сначала он дрогнул, потом зажмурился, и в следующую секунду вскочил на ноги настолько резко, что Купер инстинктивно подался назад и громко вздохнул от неожиданности.