Тэхен открыл рот от изумления и с неприличным удивлением смотрел на девушку. Он подозревал, что с ней творилось что-то не то, но чтобы так… Находиться в полнейшей темноте. Тэхен знал, что это такое и каково оно на вкус, ведь личности, дожидаясь своего выхода, обитали, как мертвые тени, во мраке, а настоящий Тэхен вообще лучшие годы своей жизни провел во сне, где не было ни малейшего ощущения реальности. Так что в какой-то степени парень понимал Джейн. Он взял ее за руку и заново притянул к себе, ощутив небывалый прилив нежности. Ему хотелось заботиться о девушке, окружать ее лаской и любовью, давая понять, что она не одна в этом мире, что у нее есть твердое плечо, на которое она всегда может опереться. Между ребер Тэхена, в области сердца, расцвело дерево, заполняя своими светом и теплом каждую клеточку его тела. Получалось, что Джейн не видела его внешности — она видела его душу. Видела, чувствовала, знала…. Именно об этом Тэхен мечтал всю жизнь, чтобы рядом с ним был человек, который смог бы его полюбить не за красивую мордашку и тело, находящееся в хорошей форме, а за то, что было у него внутри. Именно таким человеком и оказалась Джейн. Она смогла понять его и найти тот самый ключ, который смог подойти к его замку. Она получила доступ не только к его душе, но и к сердцу, где теперь обосновалась очень надолго…
— Ты прекрасна, — выпалил он на одном дыхании, ведомый порывом вспыхнувших чувств. — Я не знаю, что со мной происходит, но после того, как я узнал твою настоящую историю, мне не хочется отпускать тебя. Я сожалею…
— Не жалей меня, не надо. Я и без твоей жалости слаба, как птица, лишенная возможности летать. Мне отрезали крылья, но я стараюсь их вырастить заново.
— Что говорят врачи? Как тебе можно помочь? — Тэхен обнимал Джейн за талию, прижимая к себе, и искал своими губами ее губы.
— Я должна сама прийти к этому, — девушка поцеловала парня в уголок губ, делая это настолько по-детски невинно, что Тэхен даже ощутил себя непристойным совратителем. — Я должна полюбить себя и перестать бояться смотреть в зеркало. Я должна отпустить прошлое и научиться жить, не оглядываясь. Я должна… я должна быть рядом с тобой.
— Ты действительно так думаешь?
— Я в этом уверена. Разве ты сам не чувствуешь, что мы нужны друг другу? — Джейн схватила Тэхена за рубашку от пижамы и крепко сжала пальцами мягкую ткань. — Не отпускай меня, слышишь? Не дай мне уйти.
— Не отпущу, я же сказал тебе.
Тэхен склонился над Джейн, подминая ее под себя, и стал медленно целовать ее, будто спрашивая разрешение на сие сладкое, дурманящее действо. Девушка не стала возражать и охотно подалась вперед, отвечая парню полной взаимностью. Одной рукой она обнимала его за крепкую шею, а второй гладила его не менее крепкое плечо. Ей было приятно находиться под ним, ощущая возбуждающую тяжесть мужского тела, к которому она льнула в поисках долгожданной ласки. Их языки, подобно двум змеям, волнующе сплетались воедино, танцуя искрящийся танец чувств. Тэхен сходил с ума от этой близости и едва сдерживал себя, чтобы не наброситься на девушку с требованием продолжения. Он уже спустился поцелуями ниже к шее, оставляя после себя влажные пылающие следы своих губ на бархатной и теплой коже, а его рука уже вовсю наглаживала мягкий женский живот, забравшись под футболку. У парня в голове не укладывалось, как работники клиники могли допустить, чтобы мужчины и женщины находились в одной палате? Все люди взрослые, всем было понятно, к чему может привести подобное соседство, но тем не менее Тэхен оказался рядом с Джейн и теперь мечтал оказаться в ней, и если бы не вошедшая в палату медсестра, он бы обязательно совершил задуманное.
— Хватит мять кровать, тебя ждет доктор Харпер, — сказала она не слишком приятным тоном и удалилась, захлопнув за собой дверь.
Уильям Харпер был рад видеть Тэхена в приподнятом настроении. Он поздоровался со своим пациентом, справился о его здоровье и предложил начать беседу. Поначалу доктор Харпер быстро и молча изучал кое-какие бумаги, позволяя Тэхену еще немного повитать в облаках и насладиться свежими воспоминаниями прерванной любви, но долго это не продлилось. Мужчина улыбнулся, включил камеру, которая уже стояла наготове, и щелкнул ручкой, приготовившись записывать.
— Ты общался с другими личностями? Вы выходили на контакт?
— Вчера я пытался это сделать, но не получилось. Когда я уходил в себя, то видел пустоту. Никто не отзывался, — Тэхен пожал плечами. — Такого раньше не случалось.
— Думаю, это побочное действие успокоительного, которое мы тебе дали. Возможно, мы переборщили с дозой, но все делалось ради твоей жизни. Мы не могли допустить, чтобы ты проснулся и снова себя покалечил, — доктор Харпер, нахмурившись, шмыгнул носом и взял в руки лист. — Юнги, Чимин и Чонгук… Личности, которые еще не подверглись слиянию. Ко мне пришла одна мысль, но я не уверен, что у нас получится. Это слишком опасно для твоего здоровья. Мозг может не выдержать.
— Вы хотите объединить их сразу? Не по отдельности? — Тэхен сразу понял, к чему клонил его лечащий врач.
— Именно так. Я хочу сделать это из тех соображений, чтобы больше не повторялось того, что случилось вчера. Я не могу допустить «замыкания» личностей. Кто знает, что может произойти в дальнейшем? Вдруг Юнги опять неосознанно выскочит на свет? Или Чонгук? Или Чимин? Нет, можно попытаться действовать старым путем и надеяться, что все будет проходить так же гладко, как и до вчерашнего дня…
— Чонгук не так опасен, как Чимин и Юнги. Может, попытаться объединить их двоих сразу, а Чонгука добавить в конце?
Доктор Харпер задумался. Предложение Тэхена показалось ему весьма разумным и логичным. Слияние двух личностей все же требует меньшего затрата сил, нежели слияние троих сразу. Конечно, риск был, и он был большим, ведь и Юнги, и Чимин были личностями с сильной энергетикой, упрямыми и независимыми, но тянуть было нельзя. Если такое случилось, то это могло повториться в любой момент. Уильям переживал за состояние не только Тэхена, но и людей, окружающих его, поэтому согласился на его предложение.
— Так и сделаем, — кивнул он, хлопнув по столу. — С моими требованиями ты уже знаком. Работаем неделю по той же системе, а потом возьмемся за Чонгука.
— Это будет последним этапом в моем лечении? — Тэхен почувствовал, как от волнения ему становится жарко.
— Не совсем, — доктор мотнул головой. — После полного слияния тебе придется какое-то время побыть в тишине и покое, чтобы закрепить результат, но об этом позже. Сейчас я попрошу Чимина и Юнги выйти на свет и присоединиться к другим…
В сознании Тэхена наконец-то появились Чимин и Юнги. Ему даже стало легче, потому что он боялся, что после действия лекарств с ними случилось что-то не то. Обе личности вышли из темноты и пошли на свет. Тэхен видел их недовольные лица, он ощущал их настроение, но не стал заострять на этом внимание. Пусть лучше так, чем полный отказ в сотрудничестве и лечении. Когда они заняли место рядом с остальными, Тэхен схватился за голову, чувствуя нарастающую боль в области висков и давление в затылке, зажмурился и инстинктивно закрыл уши руками. Ему казалось, что все личности разом стали с ним разговаривать, шуметь и вырываться на свободу. Формировался настоящий Тэхен. Он хоть и не понимал этого, но процесс слияния приносил свои плоды. Тот, кто до сего момента спал, стал пробуждаться. В теле образовалась разрастающаяся тяжесть. Тэхену казалось, что его разрывало изнутри, словно что-то мощное требовало выхода. Оно рвалось наружу и приносило невыносимую боль. Парень упал с кресла на колени, согнулся пополам и закричал, чтобы его оставили в покое. Что-то пошло не так… Доктор Харпер подлетел к своему пациенту, схватил его под руки и попытался поднять, но тот стал вырываться и шептать, как в бреду, что ему очень плохо. Тэхен сильно вспотел и побледнел. Уильям испугался, что он вот-вот потеряет сознание, и стал с ним настойчиво разговаривать.