И теперь в моих песнях сплошные нули,В них все больше прорехи и раны:Из своих кителей капитанских ушли,Как из кожи, мои капитаны.
Мне теперь не выйти в мореИ не встретить их в порту.Ах, мой вечный санаторий —Как оскомина во рту!
Капитаны мне скажут: «Давай не скули!»Ну а я не скулю – волком вою:Вы ж не просто с собой мои песни везли —Вы везли мою душу с собою.
Вас встречали в порту толпы верных друзей,И я с вами делил ваши лавры, —Мне казалось, я тоже сходил с кораблейВ эти Токио, Гамбурга, Гавры…
Вам теперь не выйти в море,Мне не встретить вас в порту.Ах, мой вечный санаторий —Как оскомина во рту!
Я надеюсь, что море сильней площадейИ прочнее домов из бетона,Море лучший колдун, чем земной чародей, —И я встречу вас из Лиссабона.
Я механиков вижу во сне, шкиперов —Вижу я, что не бесятся с жира, —Капитаны по сходням идут с танкеров,С сухогрузов, да и с «пассажиров»…
Нет, я снова выйду в мореИли встречу их в порту, —К черту вечный санаторийИ оскомину во рту!
Песенка про прыгуна в длину
Что случилось, почему кричат?Почему мой тренер завопил?Просто – восемь сорок результат, —Правда, за черту переступил.
Ой, приходится до дна ее испить —Чашу с ядом вместо кубка я беру, —Стоит только за черту переступить —Превращаюсь в человека-кенгуру.
Что случилось, почему кричат?Почему соперник завопил?Просто – ровно восемь шестьдесят, —Правда, за черту переступил.
Что же делать мне, как быть, кого винить —Если мне черта совсем не по нутру?Видно, негру мне придется уступитьЭтот титул человека-кенгуру.
Что случилось, почему кричат?Стадион в единстве завопил…Восемь девяносто, говорят, —Правда, за черту переступил.
Посоветуйте, вы все, ну как мне быть?Так и есть, что негр титул мой забрал.Если б ту черту да к черту отменить —Я б Америку догнал и перегнал!
Что случилось, почему молчат?Комментатор даже приуныл.Восемь пять – который раз подряд, —Значит – за черту не заступил.
Марафон
Я бегу, топчу, скользяПо гаревой дорожке, —Мне есть нельзя, мне пить нельзя,Мне спать нельзя – ни крошки.
А может, я гулять хочуУ Гурьева Тимошки, —Так нет: бегу, бегу, топчуПо гаревой дорожке.
А гвинеец Сэм БрукОбошел меня на круг, —А вчера все вокругГоворили: «Сэм – друг!Сэм – наш гвинейский друг!»
Друг гвинеец так и прет —Все больше отставанье, —Ну, я надеюсь, что придетВторое мне дыханье.
Третее за ним ищу,Четвертое дыханье, —Ну, я на пятом сокращуС гвинейцем расстоянье!
Тоже мне – хорош друг, —Обошел меня на круг!А вчера все вокругГоворили: «Сэм – друг!Сэм – наш гвинейский друг!»
Гвоздь программы – марафон,А градусов – все тридцать, —Но к жаре привыкший он —Вот он и мастерится.
Я поглядел бы на него,Когда бы – минус тридцать!Ну а теперь – достань его, —Осталось – материться!
Тоже мне – хорош друг, —Обошел на третий круг!Нужен мне такой друг, —Как его – забыл… Сэм Брук!Сэм – наш гвинейский Брут!
Маски
Смеюсь навзрыд – как у кривых зеркал, —Меня, должно быть, ловко разыграли:Крючки носов и до ушей оскал —Как на венецианском карнавале!
Вокруг меня смыкается кольцо —Меня хватают, вовлекают в пляску, —Так-так, мое нормальное лицоВсе, вероятно, приняли за маску.
Петарды, конфетти… Но все не так, —И маски на меня глядят с укором, —Они кричат, что я опять – не в такт,Что наступаю на ноги партнерам.
Что делать мне – бежать, да поскорей?А может, вместе с ними веселиться?Надеюсь я – под масками зверейБывают человеческие лица.
Все в масках, в париках – все как один, —Кто – сказочен, а кто – литературен…Сосед мой слева – грустный арлекин,Другой – палач, а каждый третий – дурень.
Один себя старался обелить,Другой – лицо скрывает от огласки,А кто – уже не в силах отличитьСвое лицо от непременной маски.
Я в хоровод вступаю, хохоча, —И все-таки мне неспокойно с ними:А вдруг кому-то маска палачаПонравится – и он ее не снимет?