На «низах» его голос утробен,На «верхах» он подобен ножу, —Он покажет, на что он способен, —Но и я кое-что покажу!
Он поет задыхаясь, с натугой —Он устал, как солдат на плацу, —Я тянусь своей шеей упругойК золотому от пота лицу.
Сколько раз в меня шептали про луну,Кто-то весело орал про тишину,На пиле один играл – шею спиливал, —А я усиливал,усиливал,усиливал…
Только вдруг: «Человече, опомнись, —Что поешь?! Отдохни – ты устал.Это – патока, сладкая помесь!Зал, скажи, чтобы он перестал!..»
Все напрасно – чудес не бывает, —Я качаюсь, я еле стою, —Он бальзамом мне горечь вливаетВ микрофонную глотку мою.
Сколько лет в меня шептали про луну,Кто-то весело орал про тишину,На пиле один играл – шею спиливал, —А я усиливал,усиливал,усиливал…
В чем угодно меня обвините —Только против себя не пойдешь:По профессии я – усилитель, —Я страдал – но усиливал ложь.
Застонал я – динамики взвыли, —Он сдавил мое горло рукой…Отвернули меня, умертвили —Заменили меня на другой.
Тот, другой, – он все стерпит и примет, —Он навинчен на шею мою.Нас всегда заменяют другими,Чтобы мы не мешали вранью.
…Мы в чехле очень тесно лежали —Я, штатив и другой микрофон, —И они мне, смеясь, рассказали,Как он рад был, что я заменен.
Одна научная загадка, или Почему аборигены съели Кука
Не хватайтесь за чужие талии,Вырвавшись из рук своих подруг!Вспомните, как к берегам АвстралииПодплывал покойный ныне Кук,
Как, в кружок усевшись под азалии,Поедом – с восхода до зари —Ели в этой солнечной АвстралииДруга дружку злые дикари.
Но почему аборигены съели Кука,За что – неясно, молчит наука.Мне представляется совсем простая штука:Хотели кушать – и съели Кука!
Есть вариант, что ихний вождь – Большая Бука —Сказал, что – очень вкусный кок на судне Кука…Ошибка вышла – вот о чем молчит наука:Хотели – кока, а съели – Кука!
И вовсе не было подвоха или трюка —Вошли без стука, почти без звука, —Пустили в действие дубинку из бамбука —Тюк! прямо в темя – и нету Кука!
Но есть, однако же, еще предположенье,Что Кука съели из большого уваженья, —Что всех науськивал колдун – хитрец и злюка:«Ату, ребята, хватайте Кука!
Кто уплетет его без соли и без лука,Тот сильным, смелым, добрым будет —вроде Кука!»Комуй-то под руку попался каменюка —Метнул, гадюка, – и нету Кука!
А дикари теперь заламывают руки,Ломают копья, ломают луки,Сожгли и бросили дубинки из бамбука —Переживают, что съели Кука!
Баллада о бане
Благодать или благословеньеНиспошли на подручных твоих —Дай нам, Бог, совершить омовенье,Окунаясь в святая святых!
Исцеленьем от язв и уродстваБудет душ из живительных вод, —Это – словно возврат первородства,Или нет – осушенье болот.
Все пороки, грехи и печали,Равнодушье, согласье и спор —Пар, который вот только наддали,Вышибает, как пули, из пор.
Все, что мучит тебя, – испаритсяИ поднимется вверх, к небесам, —Ты ж, очистившись, должен спуститься —Пар с грехами расправится сам.
Не стремись прежде времени к душу,Не равняй с очищеньем мытье, —Нужно выпороть веником душу,Нужно выпарить смрад из нее.
Здесь нет голых – стесняться не надо,Что кривая рука да нога.Здесь – подобие райского сада, —Пропуск тем, кто раздет донага.
И в предбаннике сбросивши вещи,Всю одетость свою позабудь —Одинаково веничек хлещет,Так что зря не выпячивай грудь!
Все равны здесь единым богатством,Все легко переносят жару, —Здесь свободу и равенство с братствомОщущаешь в кромешном пару.
Загоняй по коленья в парнуюИ крещенье принять убеди, —Лей на нас свою воду святую —И от варварства освободи!
О фатальных датах и цифрах
Моим друзьям – поэтам
Кто кончил жизнь трагически, тот —истинный поэт,А если в точный срок, так – в полной мере:На цифре 26 один шагнул под пистолет,Другой же – в петлю слазил в «Англетере».