Сон мне снится – вот те на:Гроб среди квартиры,На мои похоронаСъехались вампиры.
Стали речи говорить —Все про долголетие, —Кровь сосать решили погодить:Вкусное – на третие.
В гроб вогнали кое-как,А самый сильный вурдалакВсе втискивал, и всовывал,И плотно утрамбовывал, —Сопел с натуги, сплевывалИ желтый клык высовывал.
Очень бойкий упырекСтукнул по колену,Подогнал – и под шумокНадкусил мне вену.
А умудренный кровососВстал у изголовийИ очень вдохновенно произнесРечь про полнокровие.
И почетный караулДля приличия всплакнул, —Но я чую взглядов сериюНа сонную мою артерию:А если кто пронзит артерию —Мне это сна грозит потерею.
Погодите, спрячьте крюк!Да куда же, черт, вы!Я же слышу, что вокруг, —Значит, я не мертвый!
Яду капнули в вино,Ну а мы набросились, —Опоить меня хотели, ноОпростоволосились.
Тот, кто в зелье губы клал, —В самом деле дуба дал, —Ну а на меня – как рвотноеТо зелье приворотное:Здоровье у меня добротное,И закусил отраву плотно я.
Так почему же я лежу,Дурака валяю, —Ну почему, к примеру, не заржу —Их не напугаю?!
Я ж их мог прогнать давноВыходкою смелою —Мне бы взять пошевелиться, ноГлупостей не делаю.
Безопасный как червяк,Я лежу, а вурдалакСо стаканом носится —Сейчас наверняка набросится, —Еще один на шею косится —Ну, гад, он у меня допросится!
Кровожадно вопия,Высунули жалы —И кровиночка мояПолилась в бокалы.
Погодите – сам налью, —Знаю, знаю – вкусная!..Ну нате, пейте кровь мою,Кровососы гнусные!
А сам – и мышцы не напряг,И не попытался сжать кулак, —Потому что кто не напрягается,Тот никогда не просыпается,Тот много меньше подвергаетсяИ много дольше сохраняется.
Вот мурашки по спинеСмертные крадутся…А всего делов-то мнеБыло, что – проснуться!
…Что, сказать, чего боюсь(А сновиденья – тянутся)?Да того, что я проснусь —А они останутся!..
Милицейский протокол
Считай по-нашему, мы выпили не много —Не вру, ей-бога, – скажи, Серега!И если б водку гнать не из опилок,То че б нам было с пяти бутылок!
…Вторую пили близ прилавка в закуточке, —Но это были еще цветочки, —Потом – в скверу, где детские грибочки,Потом – не помню, – дошел до точки.
Я пил из горлышка, с устатку и не евши,Но – как стекло был, – остекленевший.А уж когда коляска подкатила,Тогда в нас было – семьсот на рыло!
Мы, правда, третьего насильно затащили, —Ну, тут промашка – переборщили.А что очки товарищу разбили —Так то портвейном усугубили.
Товарищ первый нам сказал, что, мол, уймитесь,Что – не буяньте, что – разойдитесь.На «разойтись» я сразу ж согласился —И разошелся, – и расходился!
Но если я кого ругал – карайте строго!Но это вряд ли, – скажи, Серега!А что упал – так то от помутненья,Орал не с горя – от отупенья.
…Теперь дозвольте пару слов без протокола.Чему нас учит семья и школа?Что жизнь сама таких накажет строго.Тут мы согласны, – скажи, Серега!
Вот он проснется утром – протрезвеет – скажет:Пусть жизнь осудит, пусть жизнь накажет!Так отпусти́те – вам же легче будет:Чего возиться, раз жизнь осудит!
Вы не глядите, что Сережа все кивает, —Он соображает, все понимает!А что молчит – так это от волненья,От осознанья и просветленья.
Не запирайте, люди, – плачут дома детки, —Ему же – в Химки, а мне – в Медведки!..Да, все равно: автобусы не ходят,Метро закрыто, в такси не содят.
Приятно все-таки, что нас тут уважают:Гляди – подвозят, гляди – сажают!Разбудит утром не петух, прокукарекав, —Сержант подымет – как человеков!
Нас чуть не с музыкой проводят, как проспимся.Я руль заначил, – опохмелимся!И все же, брат, трудна у нас дорога!Эх, бедолага! Ну спи, Серега!
Песня конченого человека
Истома ящерицей ползает в костях,И сердце с трезвой головой не на ножах,И не захватывает дух на скоростях,Не холодеет кровь на виражах.
И не прихватывает горло от любви,И нервы больше не внатяжку, – хочешь – рви, —Провисли нервы, как веревки от белья,И не волнует, кто кого, – он или я.