Не пришел сегодня Лешка, видно, дела у него какие-то. Это и к лучшему, пусть девчонка немного придет в себя. Синяки и ссадины пройдут. Скорее всего, он отдаст ее в бордель, которым Светка заправляет, стерва та еще. Никого не щадит, всех под одну гребенку гребет. За непослушание – наказание. Сколько непокорных девчонок угробила. А ей все нипочем, для нее главное – нажива. А еще, у нее хорошие покровители в полиции. Я видела одного. Но он маленькая сошка, шестерка тут. А самый главный на самом верху сидит, большая шишка.
– А мы лучше ее, что ли, тоже девчонку отдадим им на растерзание, - сказал мужчина.
– А что делать, иначе сами поплатимся, так уже раз было. Где нам тогда век доживать?
Вот я попала в передрягу. Что мне делать, бежать? А если придет Лешка, я не отобьюсь от них. Я пошевелила руками, ногами. Боль есть, но притупилась уже, не такая острая. Оперлась руками о стенку и встала, старики храпят. Тихонько держась за стенку, вышла из комнатки. Темно, ничего не видно, куда идти, не знаю. Но за поворотом вдруг увидела огни, много огней. Это город так сияет, вот туда мне и нужно. Здание кончилось, держаться не за что. И я, припадая на одну ногу, не спеша двинулась на огни. Кругом тишина, женщина говорила, что здесь много бомжей. Где же они, не видно никого? Может быть, с другой стороны здания? Оно большое, двухэтажное. Впереди себя увидела еще одно здание поменьше. Подошла к нему, постояла немного, отдышалась. Но медлить нельзя, вдруг они проснуться? Хватятся, что меня нет, и начнут поиски. Вот тогда мне несдобровать. Зашла за здание, но тут меня ослепил свет фар. И я рухнула прямо под колеса автомобиля.
– Задавил кого-то, вот так дела, сейчас посмотрю. Прямо под машину кто-то кинулся, я не успел на тормоза нажать! – сказал водитель автомобиля.
– Павел, да тут девчонка какая-то. Но живая, я не наехал на нее. Помоги, вместе с тобой положим ее в салон машины.
– Витя, нельзя так людей пугать. Ну, думаю, все, теперь отвечать придется, давай помогу. – Они положили на заднее сиденье девчонку и двинулись в город.
– Витя, сколько раз можно тебе говорить, чтобы тут не ездил? Это нечистый район, одни бомжи да хулиганы. Здесь преступность процветает, и самое главное, никто с ней не борется. Такое впечатление, что всем наплевать. Стонет девчонка. Виктор, ты не разглядел, что с ней? Почему она не говорит, если ты на нее не наехал?
– Крови нигде не было, я бы нащупал мокрое пятно.
– А если внутреннее, то и без крови может, – не унимался Павел.
– Тьфу, тьфу, Павел, так и хочется сказать, типун тебе на язык, приедем, разберемся.
– Куда мы ее повезем? Надо бы в больницу, там ее осмотрят и скажут, что с ней.
– А вдруг мы на нее все же наехали? Вот тогда нам прямиком сразу в тюрьму, да не тебе, Павел, а мне! У меня семья, маленький ребенок, куда они без меня!
– А если мы на нее наехали, и она не выживет. Что тогда делать будем, Виктор?
– Все, давай не будет думать о плохом, на месте разберемся. Едем к тебе. Да не смотри на меня так. Пока ей лучше не станет, я не уйду, обещаю.
Они подъехали к особняку Павла. Занесли пострадавшую в дом и положили в гостиной на диван.
– Ба, да тут не наезд, она избита вся, живого места нет. Одни ссадины да кровоподтеки. Кто же ее так отделал? Она еще не пришла в себя. Павел, у тебя нашатырь есть?
– Сейчас посмотрю, есть аптечка, а что там, я не знаю. Всем тут моя добрая тетя распоряжается. Вот, сейчас посмотрим, что тут есть. Какие-то пузырьки, мази, таблетки.
– Дай сюда, вот что значит, ты ни к чему не прикасаешься в доме и ничего не знаешь. Хорошо, хоть аптечку нашел.
– Витя, ты меня учить вздумал? Зачем оно мне все, а если нужно, тетя принесет!
– Как маленький, все за тетей гоняешь. Пора уже самому все делать и семью заводить. Правильно, что тебе мать определила срок, чтобы ты женился. Иначе тебе не видать твоей строительной компании. Все пойдет на благотворительные нужды! Вот, чем эта девчонка тебе не невеста, подлечим, и можешь жениться. Тогда все состояние тебе достанется!