Лайонс вздохнул. Похоже, он поторопился поставить Годарда председателем приемной комиссии – у того слишком мягкий для этой должности характер.
Он изначально знал, что с иностранными студентами возникнут проблемы – и для чего Теодору вздумалось их приглашать? Хорошо, если они хотя бы знают альденский язык. А если нет? Как они собираются здесь учиться? И если они думают, что он станет делать им поблажки только потому, что они прибыли из-за границы, то они очень сильно ошибаются.
– Хорошо, я выслушаю ее.
Голова секретаря исчезла из проема, а уже через секунду дверь распахнулась, и на пороге появилась девушка со столь ярко-рыжими волосами, что Лайонс вздрогнул. И кажется, это был их натуральный цвет. В руках у посетительницы был саквояж. Неужели она пожаловала сюда, даже не заселившись в общежитие?
– Что вам угодно, мадемуазель? – Лайонс постарался вложить в голос как можно больше металлических ноток.
Нос девушки воинственно приподнялся.
– Я желаю знать, господин ректор, почему мне не разрешают подать документы на факультет боевой магии?
Лайонс не смог сдержать усмешку. Вот эта пигалица – боевой маг? Только этого ему и не хватало!
Глава 4. Констанс
– Факультет боевой магии? – принц Лайонс Кавелье смотрел на меня с таким обидным изумлением, что у меня невольно сжались кулаки.
Он был слишком молод для того, чтобы быть ректором лучшей магической академии. Худощавый, темноволосый и темноглазый. Впрочем, я почти не удивилась – он же был братом короля, а значит, с самого рождения был определен на какую-то должность. Формально, разумеется, для статуса. А должность ректора Тильзира была весьма почетна.
– Да, именно так, ваше высочество! – подтвердила я.
Держать тяжелый саквояж в руках было не так-то просто, и я поставила его на пол. Вообще-то ректор должен был бы сам мне это предложить – не как глава академии, а как воспитанный мужчина. Хотя что такое хорошее воспитание он мог и не знать.
– Ваше высочество, я пытался объяснить мадемуазель, что…
Тот пожилой мужчина, с которым я разговаривала в приемной комиссии, всё-таки не удержался и пришел сюда вслед за мной. Даже не пришел – прибежал, вон как тяжело он дышал.
– Благодарю вас, профессор, – прервал его ректор, – но сейчас я сам попытаюсь объясниться с мадемуазель…
– Мадемуазель Дешанель, ваше высочество, – подсказала я, не надеясь на то, что профессор запомнил мое имя.
– Так вот, мадемуазель Дешанель, – принц Кавелье попытался изобразить улыбку, – должно быть, вы не знали этого (поскольку приехали издалека), что в Тильзирской академии особ женского пола принимают только на один факультет – и это факультет бытовой магии.
– Но это несправедливо, ваше высочество! – воскликнула я. – Меня ни в малейшей степени не интересует бытовая магия! Что вообще может быть в ней интересного?
– Но что интересного для девушки может быть в боевой магии? – изумился пожилой профессор. – На названном вами факультете непросто учиться даже мужчинам – там, помимо недюжинной физической силы, нужна еще и магическая мощь.
Тут они оба скользнули скептическими взглядами по моей фигуре.
– Если я не буду справляться с учебной программой, вы сможете отчислить меня после первой же экзаменационной сессии, – сказала я.
– Кажется, вы не поняли, мадемуазель, – принц нахмурился. – У вас может быть только одна учебная программа – та, которая изучается на бытовом факультете. И это было изначально оговорено в тех приглашениях, что я отправил в Карлстайн. Вам следовало ознакомиться с условиями, прежде чем отправляться в такой путь. И если вы не хотите учиться на факультете бытовой магии, то вам придется вернуться домой.
Об этом не могло быть и речи. Мой отец никогда не простил бы мне такого позорного бегства.
– Надеюсь, хотя бы библиотекой студентки могут пользоваться в равной степени, что и студенты? – я уже не удивилась бы, если бы оказалось, что это не так.
– Разумеется, мадемуазель, – подтвердил профессор. – Библиотекой вы можете пользоваться без ограничений. А пока, думаю, вам следует вернуться в приемную комиссию, подать документы, получить направление на проверку уровня вашей магии и заселиться в общежитие.