Я осознала, что прижимаюсь к Рэйдану, а он стоит и не двигается. К обнаженному Рэйдану. Истекающему кровью.
Я сделала шаг назад.
– Надо перевязать ваши раны, – пробормотала я, сгорая от стыда.
– Этим может заняться Сата, – разбушевался Крист.
– Мне несложно.
– Этим займется Сата!
Глава 11.1
Шатер был полностью уничтожен. Ткань купола превратилась в пепел. Лишь кое-где валялись красные лоскуты с обугленными краями. Шатер защищал меня ночью от ветра и дождя. В нем я могла снимать вуаль и отдыхать от чужих вездесущих взглядов. Быть Алией.
Ветер давно развеял дым от пепелища. Но от измученной, оскверненной недобрым огнем земли по-прежнему исходил горьковатый запах.
– Двое порезали шатер со стороны леса и зашли внутрь, – Нодд похлопал меня по плечу. – Хорошо, что наши девочки такие неугомонные. Никогда не сидят на месте. Даже цицианцам за ними не уследить.
Я покраснела и сконфуженно опустила голову.
– Крист уже отчитал меня.
Нодд хохотнул и пригладил усы.
– Взбесился, что Рэйдана ты предупредила, а его нет?
Я возмущенно надулась. На что он намекает? Что я таскаюсь за Рэйданом? А чем мне еще заниматься, если Крист постоянно на охоте, а с Сатой даже словом не перемолвишься?
– Ну не сопи мне тут, девочка. Я тоже когда-то был молодым.
– Когда еще Боги ходили по земле? – фыркнула я и посмотрела с жалостью на Нодда. – Как твое плечо?
Нодд махнул здоровой рукой:
– Бывало и хуже.
Вывих ему уже вправили, и руку притянули к боку, но у меня все равно в глазах стоял вид его неестественно торчащей кости под кожей.
– Тебе придется поютиться с нами под открытым небом.
– Как-нибудь переживу, – сказала я. – И не в таких условиях приходилось спать.
Цицианцы ударили с разных сторон. Непредсказуемо и беспощадно. Напав не разом на отряд, а на командиров по отдельности. К тому же они хотели меня взять живой. Ради выкупа? Ультиматума королю? От запаха гари меня подташнивало и вместо связных мыслей в голове стоял туман. Я с тревогой оглядела место пожара и покачала головой. Рядом были свалены уцелевшие вещи: одежда, ковры, покрывала, предметы обихода. Несколько коробов успели вынести, остальное сгорело дотла. Мне очень повезет, если отыщется сменная одежда. В крайних обстоятельствах обойдусь одним нарядом. Особо ценного для меня в тех мешках ничего не было, кроме…
– Веер!
Я бросилась к спасенным вещам. Обшарила все до одной и перетряхнула. Затем пришла к сожженной поклаже.
Все воины таращились, как я руками шарю в еще горячем пепле, измазавшись по локоть в золе. Нодд тоже смотрел с непониманием.
– Что ты потеряла? Я помогу.
Но я уже нашла. Веер был сломан. Деревянные спицы продырявили шелковую ткань и торчали, как ребра выпотрошенной рыбы. Нодд узнал веер и разочарованно выдохнул. Я прижала его к груди и заплакала. Все накопившееся за день: нападение цицианцев, страх за Рэйдана, убийство, сломанный веер – вырвалось из меня со слезами. Набира доверила мне такое сокровище. Она не видела мать вживую, отец почти ничего о ней не рассказывал, даже портретов не было. Только веера. Единственное напоминание, которое она могла увезти с собой в Вирну.
Ох, если бы у меня было хоть что-то от матери. Хоть что-то…Как я теперь могла показаться Набире на глаза?
Я рыдала над веером, давя в себе всхлипы и задыхаясь под покровом вуали. Нодд присел рядом и обнял.
– Ну все, все.
– Она мне доверила его, а я…я… Лучше бы я умерла.
– Не говори так, девочка.
– Он стоит дороже, чем вся моя жизнь. Нельзя было брать его с собой.
– Вы рыдаете над этой побрякушкой горше, чем над человеком. – резко высказался Рэйдан.
Я помотала головой.
– Вы не понимаете! – сказала я сквозь всхлипы. – Это же… мамин веер.
– Брось. Его уже не спасти, – велел Нодд. Он забрал у меня веер и бросил его в пепел.
– Она никогда мне не простит. Никогда мне не простит, – шептала я сквозь всхлипы, пряча лицо на груди Нодда.