Я вслушалась в голос леса: не следят ли за нами? Я не стала ее снимать, приподняла. И мир как будто заиграл новыми красками. Цвета стали сочными, а образы четкими.
– Пещерная змея, – Крист оказался сзади меня и указал наконечником стрелы, куда именно смотреть.
Я не сразу заметила желтую змею. Она сползла с ветки дерева и упруго висела пастью вниз. Ждала.
Внезапно послышался шорох, затем гул, писк. И пещера исторгла из себя тьму. Стремительно летящую воронку.
Я резко отпрянула, но наткнулась на грудь Криста. Он придержал меня за плечи, не давая сбежать. Тьма летела на нас, я хотела сжаться и спрятаться в его руках. Мне казалось, что она поглотит нас. Уничтожит. Сделает своей частью.
– Тшшш… Смотри на змею.
Когда первый страх улегся, я разглядела, что то была не тьма, а гигантская стая летучих мышей. Тысячи черных маленьких крылатых тварей. Мерзкие, кровососущие и такие быстрые. Я пригляделась к желтой змее. Та резко качнулась вперед – и схватила пастью мышь.
Я ощутила, как руки Криста напряглись. Стали каменными. Он готовился к атаке, как та змея.
– Вот он… мой хороший… – Крист отстранился, отошел и натянул тетиву.
На охоту вышла не только змея. Орел спикировал с утеса и схватил когтями летучую мышь. Когда он залетел на ветку, чтобы попировать, его пронзила стрела Криста.
Ловко и без лишних колебаний он убил живое существо. Не существо, а дичь. Наш ужин. Я не должна жалеть птицу в тарелке. Но то, как это пернатое создание охотилось на моих глазах, произвело на меня впечатление. Хитрость и предприимчивость орла вызвали уважение. Он обладал умом.
– Охотиться на охотников интереснее, чем на зайцев. Что скажешь?
Крист сбил еще одну птицу. Взял меня за руку, и мы стали спускаться, чтобы забрать их. Летучие мыши покинули пещеру, но у меня в ушах все еще стоял их писк и шелест крыльев.
Крист словно был рожден лучником. Его острому взгляду позавидовал бы мертвый орел. Я легко представляла его возглавляющим отряд лучников на стенах крепости.
– Наверное, тебе невыносимо быть здесь, когда брат защищает границы, – вырвалось у меня.
Крист оглянулся и всмотрелся в мое лицо. Пожал плечами.
– Он на своем месте. Я на своем, – он присел на колено и выдернул из птицы стрелу. Задумчиво посмотрел на наконечник, окрашенный кровью. – Его судьба – занять место отца и умереть за короля. За короля, который никогда не оценит его заслуги и не отдаст ему в жены свою дочь. Меня такая участь не прельщает.
Мы были за много дней от дворца, от шпионов и сплетников, но я все равно обернулась – не подслушивает ли кто. Уж слишком речи Криста были смелыми. Я никогда не думала, что он не поддерживает политику короля. Семейство Ной всегда были верными подданными. Отец Криста, несмотря на отсутствие подкрепления, удержал нубианские долины, не дал цицианцам прорваться в страну. Если бы не он, то мы давно ходили бы под гнетом этих выродков.
Возможно, в Кристе говорила обида за старшего брата. Только слепой не замечал, какие искры проскакивали между Набирой и Тириусом. Как они искали друг друга взглядом, когда танцевали на приемах с другими людьми.
– Ты же знаешь, как нужен нам этот союз. Их всадникам нет равных.
Крист развернулся ко мне, глаза его потемнели от гнева за свой народ. Но мне не нравилось приукрашивать действительность. Я могла честно признать, что черные берега легко захватили не из-за внезапного нападения. Нет. Проблема была в том, что северяне всегда жили раздроблено и не приходили друг другу на выручку. Мы не смогли сплотиться. Поэтому потеряли все.
– Мы могли обойтись бы без них. У нас есть сталь и золото. Купить можно все.
Сталь и золото были у семейства Ной, а не короля. И король держал их достаточно близко у власти, но не допускал в семью. И не зря. Народ любил короля, боготворил после победы на Маковом поле, называл Молниеносным. Но сталь и золото могли решить все. Тут Крист прав.
Ветер изменился. Сгустились облака. В воздухе запахло грозой. Однако я не хотела искать укрытие. Теперь мне хотелось узнать, какие еще мысли прячет Крист.
– А что бы ты сделал на месте короля? – спросила я.
Крист не стал откровенничать.
– Достаточно о войне, – он кинул мешок с дичью под дерево и подошел ко мне.