Время!
– Набира, – неохотно позвала я. – Пора возвращаться.
Набира шумно шмыгнула носом и утерла глаза. Кивнула.
Я подкрутила лампаду. Огонек взвился выше. Достаточно ярко, чтобы мы различали ямы под ногами, но не слишком, чтобы увидели нас.
Мы держались дороги, чтобы не потеряться. Но нам навстречу из-за поворота неожиданно выехали два всадника. Набира дернула меня за руку и мы упали в траву, низко прижались к земле, чтобы нас не зашибли. Всадники пронеслись во весь опор, так что у меня взметнулись волосы и засыпало пылью.
Куда они ехали? Зачем? Гонцы? Разведчики? Почему в темноте? Ворох вопросов закрутился в голове, но быстро затих, когда я поняла, что выронила лампаду. Масло разлилось и огонь потух. Плохо. Очень плохо.
Падая, я подставила ладошки и стесала правую руку до крови. А вот Набире повезло меньше – пострадали обе. Даже врать не придется, почему «принцесса» всю дорогу до Вирны не снимает перчатки.
Без огонька от лампады идти через лес к потайному ходу был равносильно самоубийству: либо глаз веткой выколешь, либо заплутаешь. Поэтому мы решили возвращаться в замок со стороны конюшен, хотя и рисковали быть пойманными. Так и случилось.
***
– Кто тут у нас, – раздалось сбоку. – Ты погляди, близняшки-милашки пришли подработать.
Боги! Нас приняли за нечистых из-за снятых вуалей и грязных рук. Перед нами стоял мужичок с кривыми желтыми зубами. Из его рта пахло луком так сильно, словно он ел его на завтрак, обед и ужин. Он схватил Набиру за руку и притянул к себе.
– Пусти меня! – закричала она, морщась от омерзения.
Он вцепился в нее, как тигр в свою добычу. Правда выглядел он не как царь джунглей, а плешивый пес. Кто мог нанять в слуги столь мерзкого типа? Я знала не всех, но …Он вел себя как наемник, и одежда его мне была незнакома.
– Ну-ка порадуй меня, – он достал монету и подбросил ее. – Я хорошо отплачу.
Я вмиг ощутила, какую сотворила глупость, выводя принцессу тайком из замка. Кончики пальцев похолодели, но я все равно нащупала под платьем маленький нож, готовая защищать Набиру.
Послышался разномастный смех. Мужичок свистнул:
– Вир, Сэмми, идите сюда.
Набира побледнела. Я могла завопить, что перед ними ее высочество, но послушает ли он меня? Или сначала совершит насилие? Он не выглядел тем, кого легко испугать именем короля.
Мне стоило отвлечь внимание от принцессы. Я приблизилась к мужичку и положила руки на бедра, чтобы оттеснить от Набиры. Мой план сработал. Подруга сжалась и отпрянула, не зная, что делать дальше.
Я встала на цыпочки, но дотянулась лишь до его шеи, а не уха.
– А как же я? – произнесла капризным голосом. – Разве я не краше сестренки?
– Порадуй меня как следует, а потом я скажу, кто красивше.
Я скользила по нему вниз, ведя ладонями по телу, будто стирая капли воды. Я старалась быть соблазнительной и одним взглядом обещать неземное удовольствие, хотя от брезгливости мне хотелось прыгнуть голышом в озеро и отмыться от его взглядов. Он ухмыльнулся и потерял бдительность. Я уже слышала приближающиеся шаги и чужой смех. Пора действовать.
Я сгребла землю с песком в кулак. Резко поднялась и бросила ему в лицо. Он заорал. Я схватила Набиру за руку, так крепко, что она пискнула. Мы рванули вперед. Ноги легко вспомнили, как приходилось раньше удирать от стражников.
– Стой, тварь! – раздался крик. – Ловите гадину!
Сердце колотилось где-то в горле. Я не разбирала дороги. Ноги заплетались о подол платья. В боку кололо. Дыхания не хватало. Набира так же заполошно дышала, но не ныла и не просили остановиться. Мы выбежали к конюшням. Здесь должны были быть конюхи, стражники. Я врезалась в кого-то, чуть не сбив с ног. Меня обхватили сильные руки и не дали упасть.
Набира остановилась и схватившись за бок, хватала воздух открытым ртом.
Я увидела перед собой добротно сшитую кожаную одежду по фигуре. Гербовую вышивку по краю. Такую могли позволить себе только благородные. На бедре меч.
Я низко склонилась в поклоне, пряча за волосами лицо:
– Молю, господин, спасите нашу честь.
– Где эта дрянь? Притащи мне суку, я с нее шкуру спущу.