Мой дом. Скамейка и я на нее буквально валюсь от усталости. Сил нет подниматься и заходить в квартиру. Сейчас, еще пять минут на готовность к разговору и я соберусь.
— Обычно, когда говорят, что скоро придут домой, то так и делают.
— ?
Мишка. Я и не заметила его сидящим у двери прямо на бетонном покрытии. Поднимается и идет ко мне. Не садится рядом, а смотрит сверху вниз и в глазах столько подозрительности. Фу, брось, мне только твоей ревности и подозрений не обоснованных не хватало. И вынь руки из карманов, что за примитивная привычка?!
— Не хочешь рассказать, что с тобой происходит?
— Хочу.
— Так поделись.
Бесит его тон. Вот никогда раньше не бесил, а сейчас бесит. Что, уже гормоны бушуют? Тогда надо папаше будущему посоветовать, чтобы не придирался с дурацкими вопросами.
Молча открыла рюкзак и вытащила новенькую карту будущей мамы.
— На, просвещайся.
— Что это?
— Ну, ты же у нас умный, сам догадаешься.
Умный это я к тому, что он частенько приходит к выводу, что его решения самые правильные, а мои более эмоциональные, вот мы и ищем компромисс. Пока мирно, что дальше будет, не знаю.
Шелест страниц и Мишкино «Че?!»
— Не «чекай», Куприянов, не подавай дурной пример.
Замерев жду его реакции, до этого момента не осознавала, как это страшно "ждать", что же он скажет. Да, я перебрала многие варианты и от некоторых хотелось плакать. А вот видеть, как любимый человек, только узнавший, что скоро станет отцом, уходит твердой походкой к машине, открывает ее, садится за руль, падает на сложенные на этом самом руле руки и сидит на месте, уже минуты две, как сидит, такую версию я не представляла.
Что, мне самой к нему идти? О, поднимает голову к потолку, что ищет в бардачке и я надеюсь это не пистолет, затем выходит и идет обратно. Сел рядом со мной, вложил в мои холодные ладони бархатную коробочку и привалился к спинке скамейки.
— Что это?
— Ну, ты же у нас человек творческий, с воображением, сама подробности обрисуешь.
В коробке было кольцо. Красивое, белое с голубым камешком. Еще оно ярко сверкало, в свете фонаря.
— Допустим, представила, что дальше? Как проверить правильность моих догадок?
Столько лет вместе, а я не могу привыкнуть к своим неожиданным перемещениям с места на его колени. Все в стороне, только я и он, тонем в поцелуях и признаниях, в ласках, обещаниях, любви.
— Больше ничего от меня не скрывай. Ты себе не представляешь, чего я только не передумал, пока ты ходила грустная и потерянная эти две недели. Самое страшно, что мог тебя потерять. Слышишь, больше не отпущу тебя никуда.
— Так ты решил сделать мне предложение, чтобы понадежнее к себе приковать?
— Не совсем. Всегда считал это проявлением слабости и надежды, кидаться в магазин и покупать кольцо, когда понимаешь, что можешь потерять любимую девушку. Я проиграл. Купил кольцо, надеялся, что ты ответишь согласием и сделаешь меня самым счастливым человеком в мире. Глупая гарантия на сохранение отношений.
— Почему глупая?
— Нельзя подкупить. Ты выйдешь за меня замуж?
Самые желанные слова, еще один важный момент в нашей жизни. Сижу и наслаждаюсь.
— Да.
— Вот черт, к чему такие паузы?
И снова поцелуй. Томительный, жадный, собственнический.
Был, пока мама не вышла.
— Женя, что происходит? Ты время видела? Я понимаю, что вы взрослые, но ты еще живешь с нами, вот и будь добра не отключать телефон. Миша, скажи, что я права.
Ох уж эти двое, так и строят из себя пример для подражания, иногда хочется сбежать от их нравоучений.
— Обязательно. И скажу и прослежу, буду контролировать всю оставшуюся жизнь. Вера Григорьевна, у вас скоро появится внук и с сегодняшнего дня Женя будет жить у меня. Еще у нас свадьба, но об этом мы с вами и моей мамой поговорим завтра. Доброй ночи.
Пока моя мама не пришла в себя, Мишка меня за руку утянул к машине и мы поехали к нему. Ночь. Притихший город и мы, счастливые и довольные.
— Подожди.
Отцепляется от моей руки и звонит, включает громкую связь и мы, слышим бодрый голос Егора Суворова.
— Извини, что поздно, есть разговор.
— Выкладывай.
— Ты говорил, что есть возможность подработать, можешь меня с собой взять?
Хрум-хрум и мой желудок отзывается трелью.
— Не поздновато для ужина в двенадцать часов ночи.
— О, Евгения, привет. Нет, самое время перекусить яблочком. Это еще ничего, я сейчас еще и ванную принимать буду, всю ночь.
Пожав плечами, мы с Мишей переглянулись.
— Гор, мы приглашаем вас с Лизой к нам на свадьбу и просим быть крестными родителями у нашего ребенка.
Судя по звукам, Суворов подавился яблоком.
— Я …простите, я сейчас…
То, как просто и открыто Мишка говорит о нашем будущем, наполняет меня надеждой. Значит, все у нас правильно?
— Спасибо тебе.
Пока светофор горит красным, мы успеваем поцеловаться и обменяться признаниями. Да, Гор прокашлялся.
— Ты поэтому хочешь на работу устроиться?
— Да.
— Нет проблем.
На заднем плане послышались крики и шум, словно кто-то пытается выбить дверь.
— У вас там все в порядке?
— Угу.
И снова хруст, а мы уже вполне понятно слышим Лизины вопли и обещания убить Суворова.
— Друг, что ты ей сделал, давай я твою версию в начале послушаю.
— Да нормально все. Просто твоя сестричка не очень обрадовалась, когда я ей рассказал, про службу по контракту. Заявила, что поедет со мной и будет жить в палатке, если понадобится.
— А ты?
Здесь надо иметь железные нервы, когда слушаешь спокойный голос Егора и его разумные разъяснения безумных поступков.
— А я сказал пусть сидит дома и заботится о нашем ребенке.
— Что?!
Мы с Мишей в один голос спросили и даже остановились у обочины.
— Лиза тоже беременна?
Откуда эта радость, что я не одна такая?
— Надеюсь. Всего час прошел, интересно, этого времени достаточно?
Так, как говорится каждый дурак по своему с ума сходит. Мне уже не весело, а Мишка головой качает.
— Егор, я тебе утром наберу, так на всякий случай, вдруг придется у кого другого на счет работы спрашивать.
— Давай. Ну, пока. Милая, я принимаю ванну, хочешь со мной? Нет? Ну….
И хоть бы капля раскаяния или печальки. Нет, все как так и надо. Безумцы!
Домой к Куприянову приехали поздно. По дороге еще остановились у магазина, закупили продуктов и решили сообща прогулять завтрашние занятия.
Тетя Эля была на работе и мы были одни. Мама прислала сообщение, что еще не совсем осознала новость, но уже примеряет на себя новый статус бабушки. Папа поздравил от обоих. Спасибо, что у меня такие родители. Спасибо, что однажды в нашу школу пришел мальчик с солнечной улыбкой и покорил мое сердце. Спасибо, сломавшемуся светофору, из-за которого в тот день я немного опоздала и смогла встретить свою настоящую любовь.
— Спокойной ночи.
— Спокойной.
— Жень, а пока мы еще не поженились и не стали жить вместе, можно попросить тебя об одном обещании?
— Конечно.
Вот, уже сожалею, что так доверчива.
— Когда я буду ворчать по утрам, ты на меня не кричи, я очень впечатлительный.
— Не буду.
Капец.
— А вечером, когда я смотрю бокс, то мне очень трудно оторваться от экрана.
— Правда?
И мы собираемся воспитывать ребенка!
— Да. И еще…
— Куприянов, я сейчас подумаю, что ты от свадьбы собственной решил отказаться и ищешь повод.
На этом жалостливые признания закончились и наступила наша первая «добрачно-предсвадебная» ночь любви.
— Я люблю тебя.
— А я люблю тебя.
Я уже говорила, как счастлива? Ах, да, всем желаю большой и крепкой любви.
Конец