— Ну, сколько вас можно ждать? — спрашивает Светлана, как только мы входим в ее кабинет — Принесли?
— Обижаешь. Давай стаканы — отвечает старшая медсестра. И вытаскивает из кармана маленький пузырек без опознавательных наклеек.
— Что это? — наконец, спрашиваю я, присаживаясь в удобное офисное кресло.
— Спирт медицинский. А что? Не пьешь?
— Не пробовала.
— Значит, будет у тебя Настасья сегодня боевое крещение — нарочительно произносит Юлия — Не бойся, мы его разбавим. Чистым не пьем — девчонки звонко рассмеялись, и я улыбнулась в ответ.
— Маленький пузырек со спиртом пронести по этажам проще, чем бутылку шампанского или вина. В карман положила и всё — поясняет Ольга, закидывая в рот бутерброд с красной икрой.
— Наливайте, уже. Ты сюда есть что — ли пришла? — подтрунивает над ней белокурая коллега.
— Я целый день голодом. Даже пирогов не успела поесть — выливает содержимое бутылочки в большой стакан, Светлана добавляет воды. А где ареометр, неужели все на глаз? Вопросов задавать больше не стала. Наблюдаю за дальнейшими действиями. А дальше, полученный напиток разлили по одноразовым стаканчикам.
Все берут по стаканчику с детским орнаментом и надписью «С днем рождения». Я вдыхаю и морщусь от резкого запаха.
— Пей, пей — говорит Ольга — Но закусывай.
Я делаю большой глоток, и спиртное обжигает мою глотку. Очень крепко для меня.
— Закусывай — Света подает мне бутерброд с колбасой, который я быстро глотаю, даже не успев пережевать.
— Насть, а ты замужем?
— Нет — рассказывать свою историю мне не хочется.
— Ну, вот еще одна одинокая душа среди нас — резюмирует Юлия — У нас теперь полный набор. Одинокая, разведенная, вдова и я.
— Любовница — с укоризной в голосе произносит Светлана.
- Любовница, и что?
— Он женат, Юля.
— Света, не лечи меня. Я, конечно, понимаю, что ты к данной категории женщин относишься крайне негативно. Но я из другой оперы.
— И чем же твоя опера отличается от моей?
— Твой муж загулял от того, что ты сутками на трех работах горбатилась, домой приползала и падала у порога от усталости. А ему надо было, чтобы ты еще и борщ ему сварила, пирогов напекла, с детьми уроки сделала, и его спать уложила. Причем, не просто уложила, а отработала супружеский долг по полной. А у Вани жена не работает. То есть в принципе всё вышеперечисленное сделать в её силах. Но, видимо, нет желания. Так как, если бы в их семье была гармония и любовь, не смотрел бы он налево и не приезжал ко мне на завтраки. Женат он на ней, а каши с утра готовлю ему я. Она даже не в курсе, что у него гастрит.
— И надолго тебя хватит? Два года уже завтраки ему варишь. А что дальше?
— Если ты спрашиваешь, настаиваю ли я о его разводе. Нет. Потому, что максимум, на что меня хватает, это кашки. Я женщина вольная. Не смогу постоянно жить с мужчиной. Несколько часов вместе и всё, выметайся — она замолкает, окидывает нас взглядом, и, улыбаясь, продолжает: — Давайте еще выпьем, и я пойду. Иван ждет, домой меня подвезет. Я сегодня без машины, сама понимаешь, помнила о твоем дне рождении. А ездить на общественном транспорте, как оказалось, опасно.
— Иди, уже.
— По последней. Ну, Светик. Еще раз с днем варения. Пусть жизнь твоя наладится.
— Оль, у меня прекрасная жизнь.
— Ну, я так и знал, что вы тут — в кабинет заходит Глеб, неся в руках ароматные подогретые пироги — Вот, пирогами всяко вкуснее закусывать, чем колбасой.
— Ты, чудо, Крымов — Юля обнимает молодого парня за плечи — Оставляю их на твое попечение. Всё, я ушла.
— Ольга Александровна, нужен метралокс — хирург окидывает рыжую женщину непонятным для меня взглядом.
— Крымов, пора уже запомнить, что этот препарат относится к группе наркотических. И он выдается под запись только заведующим отделений.
— Я знаю. Мартынов сейчас подойдет к вашему кабинету. А мне перчатки выдадите?
— Выдам. Пошли, наказание моё.
— Почему сразу наказание? Я может судьба ваша.
— Глеб. Помолчи.
Они уходят и дальше припираясь, а Света смеется им в след.
— На их свадьбе я напьюсь. Обещаю.
— На свадьбе? — неужели тут еще один служебный роман.
— Он влюблен в нее безумно. А она не воспринимает его влюбленность всерьез. Он же младше ее на одиннадцать лет. Но думаю, что он своего рано или поздно добьется. Не отступится.
— А мне он показался бабником.
— Всем так кажется. Но это всего лишь игра. Наверно, пытается разжечь в Ольге чувство ревности. Мальчишка.
— Ты живешь одна с детьми?
— Да.