Величественный подземный город выглядел удручающе. Одно то, что на подходах к Нийдав’иллу им не встретился ни один патруль, говорило о том, что трон по-прежнему шатается. Не было постов на воротах. Никто не охранял отданные на разграбление мародёрам опустевшие улицы. Закрытые наглухо ставни, кучи мусора и гнетущая тишина. Но всё это лишний раз убеждало в конечном успехе безрассудного до наглости плана.
Алексей всегда удивлялся, как довольно небольшому Сшамату, расположенному в самом сердце Подземья, удавалось сохранять независимость. Конечно, в нём обитали сильные маги, отличные воины, развивались уникальные ремёсла при достатке необходимых ресурсов. Но город был настолько мал, что не требовалось огромной армии, чтобы стереть его с лица земли.
Благородным Домам Подземья он был что кость в горле. Тем не менее, никто и никогда даже не пытался воевать с Вольным городом. Его яро ненавидели, брызгали слюной в сторону заведённых в нём порядков, проклинали за иную веру. Но любые вопросы с Сшаматом решало не оружие, а дипломатия. С ним торговали, охотно пользовались услугами его магов и наёмников. Город жил вопреки всему.
Причина подобного чуда оказалась простой и нелепой, как многое в этом мире, — магия.
Древние рукописи гласили, что в недрах скал, ставших основанием стен города, сокрыт некий артефакт, дающий несокрушимую защиту. Действующий владыка Сшамата объявлялся единоличным хранителем этого нечто. И был обязан любыми способами не дать артефакту покинуть отведённое ему место. Кроме всего, религия каждой расы запрещала касаться этого предмета под угрозой кары богов, необратимых бедствий и воцарения полного хаоса.
Что представляла из себя эта весьма любопытная вещь, достоверно никто не знал. Но ходили интересные слухи, что артефакт не что иное, как мрим’йол — кровавый сардис, что служил наконечником священного кинжала Темнейшей богини айтликх’ар. Он резал нити судьбы, прерывая жизнь. И силе этого артефакта не могли противостоять даже боги. Другими словами, кто держал в руках мрим’йол, тот повелевал смертью.
Временами молва твердила, что артефакт украден. Но проверять стены Сшамата на прочность никто не решался. А зря. Потому что Белый Воин точно знал: слухи не лгут.
И теперь спешил не по следам драгоценной беглянки. Своими силами он вряд ли отыщет исчезнувшую ноамат в глубинах Подземья. А уж забрать её из Вольного города вообще не представлялось возможным. Поэтому светлый маг шёл предложить союз тем, кто точно поможет вернуть ему любимую женщину.
Дюжина эльфийских клинков, немного везения и отличный шпион в арсенале позволили быстро достичь башен Первого Дома. Связи Лея и желание продажных слуг разжиться наличностью открыли лазейку в обороне замка. Не без труда маленький отряд пробился к тронному залу пустого и гулкого дворца Айрахвэл.
— Кто ты? И что тебе нужно? — выдавила из себя злое шипение Старшая Мать Дома после того, как часть охранявших её гвардейцев «прилегла отдохнуть» у ног незваных гостей. Остальные же бесполезно щетинились мечами сквозь прутья каменных клетей, выросших из пола.
В том, что вычурно разодетая белоглазая особа, водрузившая свой зад на трон из цельного куска чёрного адаманта, — последняя дочь умершей илхарэсс, сомнений не было. Слишком сильно её раздувало от осознания собственной значимости.
— Я верный способ удержать в руках столицу и этот красивый стул под задницей новоиспечённой королевы, — Алексей не собирался разводить политесы.
Плотно сжатые губы на лице матроны брезгливо скривились, глаза-бельма прищурились, и дроу громко расхохоталась.
— На алтарь этого недоумка! И прихвостней его туда же!
От стены за правым плечом королевы отделилась гибкая тень, тусклый блик скользнул по мелким менакиновым пластинам.
Маг не стал ждать нападения, шарахнул заклинанием позабористей так, что личный козырь илхарэсс сломанной куклой отлетел в ближайшую колонну. Внушительный по размеру сгусток атакующих чар растёкся по силовому щиту чернильным пятном, выискивая брешь в чужой защите. Бесполезно. Щит побледнел, истончился но выдержал.
— Надеюсь, ты не хоронить нас сюда завёл, — буркнул, не разжимая, губ Лей. Пристроился с боку, готовый обороняться. Эльфийский отряд рассредоточился по залу, заключая своего предводителя в небольшое кольцо.
— Может, досточтимая Хангбринн соизволит меня выслушать? — Алексей сдёрнул с головы капюшон походного плаща, опустил меч.
Мгновенное удивление на серокожем лице сменилось маской полной невозмутимости, когда белоглазая заговорила, понизив градус спеси:
— Белый Воин, — протянула Хангбринн. — Что понадобилось в Нийдав’илле личной игрушке Итлаллисэн? Твоя хозяйка знает, где бродит её ручной зверь?
— Зверь давно гуляет сам по себе, — ухмыльнулся маг, — и в поводыре не нуждается. Я могу помочь досточтимой илхарэсс в обмен на услугу.
— Помочь? Чем ты собрался помогать мне, человек? И с чего взял, что мне необходимы чьи-то услуги?
— Я видел столицу, знаю, что происходит в городе. То, с какой лёгкостью двенадцать воинов окхилин проникли в гнездо благородных Айрахвэл, — эльфы опустили капюшоны, открывая лица и золотистые волосы, — говорит о том, что замок обороняется из рук вон плохо. Не так ли, досточтимая?
Хангбринн сверлила светлого мага яростным взглядом, сжимала подлокотники до побелевших пальцев, но молчала.
— Личная охрана илхарэсс, — добивал словами Алексей, — состоит из обычных воинов, раз никто из них до сих пор не выбрался, — кивнул в сторону каменных клеток. — Магов не осталось. Или их так мало, что все они удерживают контур дворца. Авторитет Великого рода подорван. Желающих занять место Первого Правящего Дома так много, что они возьмут трон силой или измором.
Замурованный вход в тронный зал дрогнул, с высоченного потолка посыпалась каменная крошка.
— Досточтимой известно, кто я, какой обладаю силой. Выступив на стороне Айрахвэл, я в одиночку могу напомнить всем, кто, действительно, достоин высокого титула. За кем истинная мощь. Королеве останется лишь казнить и миловать.
Глухие удары сотрясли тронный зал до основания. По стенам расползлись трещины. Скоро у подножия трона начнётся резня.
— Или я очень дорого продам свою жизнь, — Белый Воин повёл подбородком в сторону провалившейся каменной кладки, — забрав с собой тех, кто торопится на помощь своей илхарэсс. И полностью обескровлю Дом.
— Что ты хочешь? — отмерла Хангбринн.
— Армию, чтобы поставить на колени Сшамат. У меня для этого пока не достаточно сил. А если досточтимая её возглавит, то навсегда затмит славу Шаардрилл как первая и единственная воительница, кому удалось покорить Вольный город.
— Глупец! — дроу вновь расхохоталась. — Это невозможно. Сшамат неприступен!
— Возможно и осуществимо. Я знаю точно: город без защиты. Справиться с его магами мне под силу, но я не бессмертен.
— Допустим, я соглашусь, — Хангбринн подняла руку, останавливая хлынувшую из пробитой стены подмогу. — Но какой резон тебе рисковать во имя моей славы?
— Мне нужна женщина, человек. Я её заберу…
— У меня свои счёты к этой мерзавке! — зашипела Хангбринн, перебивая мага.
— Обмен! — Алексей повысил голос, чтобы вернуть себе внимание. — Я предлагаю обменять жизнь беглой ноамат на единственного, кто имеет законное право претендовать на трон Нийдав’илла.
Старшая Мать приподнялась с места, полностью обратившись в слух.
— Последний сын Шаардрилл. Мрайд`дхар Айрахвэл ит Сарохх. Уцелевший сын. Сильнейший маг. Только я могу с ним тягаться. Его жизнь в обмен на жизнь ноамат. Надеюсь, досточтимая согласна?
Хангбринн медленно кивнула, отчётливо скрипнув зубами.
Глава 12
В происходящее не верилось. Даже когда под театральные всхлипывания «поруганной невинности» Себо объявил, что вынужден переселить меня в общий дом. Женщине, имеющей виды на чужого мужа, не место рядом с молодой семьёй.