Нельзя было понять, на чьей стороне преимущество. Несколько ударов, и драка набрала такую скорость, что мужские фигуры превратились в смазанные тени, звук столкновений деревянного оружия — в барабанную дробь.
Я подалась вперёд, затаив дыхание, и почувствовала вторую сильную руку на талии.
— Ведь тебе известно, кто такой Мрайд’дхар? Это у него в крови.
Я закивала, как китайский болванчик, соглашаясь. Нервы звенели натянутыми струнами.
Миг — и тени остановились. Мрай, тяжело дыша, упирался концом боевого шеста в грудь лежащего на земле противника.
— Мрай… — колени подкосились от облегчения.
— Он нас не видит и не слышит, — прошептал Владыка мне на ухо. — Посмотри на него. Только он способен удержать в своих руках то, что я создал.
Я и не смогла бы оторвать глаз. В груди заныло: я так соскучилась!
Побеждённый поднял вверх ладони и громко расхохотался. Мрай разулыбался в ответ, протянув руку, помог ему подняться.
Разрисованный красавчик, что окатил меня презрением у дверей Владыки, — это был именно он — легко вскочил на ноги. Как бы невзначай провёл пальцами по голой груди моего дроу, подавшись к нему, что-то выдохнул в губы и, коснувшись выбившейся из хвоста короткой пряди, нежно заправил её за пирсингованное ухо. Этот простой жест выглядел настолько интимным, что мне невольно захотелось отвести взгляд.
Мрай перехватил чужую ладонь у своего лица, ответил что-то, продолжая улыбаться.
— Они любовники? — сорвалась с губ абсурдная мысль.
Стальные тиски прижали меня к твёрдому телу ближе, будто старались удержать от опрометчивых поступков.
— Любовники? — повторил Владыка задумчиво. От его дыхания у виска шевельнулись волосы. — Дзиймах хотел бы этого. Мрайд’дхар? Возможно… если б ты не успела запустить в него свои когти, — царапнул беззащитное горло острый наконечник перстня.
В этот момент Мрай поднял вверх голову. И, готова поклясться, он нас прекрасно увидел, хоть меня уверяли в обратном.
Глава 10
Любовники…
Двор поплыл в душном мареве. Растаял утоптанный сотнями ног песок, пропали крики, стёрлись довольные зрелищем лица. Город пополз плавленым воском.
Ну, конечно… Это многое объясняло. Угасший интерес. Мои одинокие ночи.
Подобные связи в Подземье — табу, но оплоту отступников плевать на наказы Темнейшей.
— Удивлена? — прохладная щека потёрлась о мой висок, жёсткий палец очертил линию скул и смял губы. — А ты думала, он послушно будет сидеть у твоих ног?
Я словно выпала из реальности. Не ощущала чужих рук, не замечала ничего, кроме прищуренного фиолетового взгляда и рта, искажённого кривой улыбкой. Мрай благодарно кивнул, когда разрисованный «близкий друг» подал ему рубашку.
Наглая пятерня заскользила от моей талии вверх, и я рванула что есть сил, выпутываясь из захвата.
Глаза напоследок зацепились за широкую спину и то, как заботливо расписанная рунами рука поправляет сползшую с плеч одежду.
Враньё! Я вцепилась в каменные перила, шею запекло, капли крови попали на сжавшиеся до боли пальцы. Всё вокруг враньё… Не верю!
Где-то сзади завязалась шумная свара. Владыка, растеряв снисходительный тон, забористо ругался и выкрикивал короткие приказы.
— Кто ты?! Что ты, вообще, такое?! — летело мне в спину.
Я повернулась в сторону воплей.
По террасе с рычанием и визгом катался чёрный клубок, оставляя за собой брызги кровавой слюны и клочья шерсти.
— Он готов был разорвать мне глотку, стоило почувствовать твою кровь! — на лице дроу впервые появилось подобие искренних эмоций. — Зверь, ни при каких условиях, не может обойти запрет и напасть на хозяина! Риввил работает, — прищурился он, глядя на мою шею. — Но, как!? Как ты это сделала?
Владыка дёрнулся в попытке подойти ближе, ревущий комок тут же распался. Майу длинным прыжком кинулся ко мне. С подранным боком и раненой мордой, припал на передние лапы, встопорщил шипы, оскалился в сторону своего владельца и страшно утробно зарычал. Его брат, изрядно потрёпанный, прикрыл хозяина, выполняя то, чему был обучен.
— Что ты сделала с моим рашаром? Отвечай!
— Что вы сделали с моим мужчиной? — задрала подбородок. Чтобы мне сейчас ни показали, я отказывалась верить увиденному.
— Ты утратила право собственности, ноамат, как только переступила пределы Сшамата! — рыкнул дроу.
Рашары выгнули спины и зашипели, готовые к новой атаке.
— И поэтому вы устроили это всё для меня? Удачный визит и своевременный бой, — зло заулыбалась, уставившись в сощуренные ледышки, — с демонстрацией однополой любви. Безумно романтично! Но зачем? Чтобы указать мне место?!
— Чтобы ты знала, у тебя здесь ничего нет, и ты ни на что не влияешь.
Ой, ли? Склонила голову на бок и нахально ухмыльнулась. Вот сейчас и проверим!
— Майу, — демонстративно хлопнула по бедру, — иди ко мне, мальчик. Успокойся, милый.
Кот спрятал шипы и, грозно порыкивая, сел рядом. Ткнулся носом в подставленную ладонь, преданно лизнул кончики пальцев.
Владыка скрипнул зубами.
— Я мог бы убить его щелчком пальцев. Райдо! — второй рашар вернулся к дроу. — Но лишний соглядатай мне не помешает. Пользуйся пока, — взлетела ладонь с остроконечными перстнями в широком жесте.
— Мои способности могли быть полезны. Но вы и не планировали со мной договориться. Верно?
— Я здесь решаю, что всем полезно, а что может нанести непоправимый вред, — глава сомкнул губы в твёрдую линию и сложил на груди руки.
Я смерила взглядом мощную фигуру, скользнула по надменному, ничего не выражающему лицу. Нет, Владыка меня не боится. Здесь совсем другое. И вряд ли мы с ним можем стать союзниками…
Рыжий вихрь ворвался ко мне буквально через несколько минут после эпичного «свидания» с Владыкой. Я переваривала произошедшее, сжимая кулаки от закипающей злости.
Попав на свою территорию, я вновь попыталась преодолеть невидимые границы. Естественно, ничего не вышло. Должно быть, без дозволения своего покровителя сделать это невозможно. Майу ходил за мной по пятам, ворчливо обрычал неумелую помощь, когда я хотела промыть его раны, и сейчас педантично вылизывался, по-хозяйски развалившись посреди гостиной.
Рашар вскинулся было при появлении чужака, но, повинуясь моему строгому окрику, вернулся на место.
— Так это правда? — Ош опасливо кивнул в сторону четвероногой охраны.
Я с деланным равнодушием пожала плечами. «То ли ещё будет!» — билась в голове кровожадная мысль.
— Плохо, — лекарь осторожно приблизился и сел рядом. — Илхк`ард зол. Эта выходка сослужила тебе дурную службу.
— Переживёт! — выцедила сквозь зубы.
— Дай посмотрю, — цепкие пальцы коснулись шеи. — Чем обработала? Следов от пореза почти не осталось.
— Майу постарался, — рашар стрельнул в мою сторону карим глазом. — Переживал, что истеку кровью. Потом принялся за себя.
Медные брови удивлённо приподнялись, скрывшись под рваной чёлкой.
— А-а-а, слюна рашара…ну, тогда мне здесь делать нечего. Лучше лекарство придумать сложно.
— Ош, — я вцепилась в дроу как в родного. Не отпущу, пока не вытрясу нужную информацию! — Объясни, что происходит? Понимаю, ты не обязан. Тем более, не знаю, кому здесь, вообще, можно верить…
— Послушай, девочка, — лекарь отодрал от себя мои пальцы и накрыл их ладонью, — ты натворила дел, — скосил глаза на витой ошейник.
Я открыла рот, чтобы возразить.
— Помолчи! — осадил меня холодный тон. — И послушай, если хочешь совета. Я не буду повторять про риввил, — сбавил обороты Ош. — Всё было бы не так страшно. Даже когти с клыками во дворе Цитадели можно объяснить, если приплести связь Поющих и дар иллюзий гхик’арда. Немного приврать и домыслить. Но, что ты выделываешь сейчас?! Зачем подчинила волю рашара?
— Да, не делала я ничего!
— И поэтому Майу поменял хозяина?! — зашипел лекарь, вытаращив глаза. — Дзиймах с пеной у рта твердит, что гхик’ард под твоим ментальным контролем! У него в руках достаточно власти, и Владыка прислушивается к его советам. Мрайд’дхар лезет из кожи вон, доказывает, что твои способности безопасны. Скрывает вашу связь, потому что нельзя говорить о Поющих! Да, найлих ксукулл — сила, но и страшная уязвимость! Думаешь, у преемника главы нет соперников или врагов?! Город гудит от напряжения. Каждый на взводе перед осадой. Малейшее подозрение, что в Цитадели проклятый маг, и..! — дроу черкнул ребром ладони по шее. — Думаешь, Владыка не напоит толпу твоей кровью? А ты ещё и…ош! — целитель беспомощно развёл руками, указывая на невозмутимого рашара.