- Никуша, а расскажи о себе.
Девочка напрягается. Такие вопросы к самой себе ей никогда не нравились. Это означает, что снова нужно врать. По-другому никак, если люди интересуются о ее жизни.
- Ба, - вдруг говорит Артем с полным ртом, косо глянув на свою бабулю, - а как она ефть будет?
- В перерывах. Так! Ты давай не говори мне с полным ртом, а то подавишься!
Он проглатывает, отпивает чая и уже по спокойному говорит ей:
- Ты лучше сама ешь. Чего один чай пьешь?
- Ох, внучок-внучок, - женщина качает головой, - аппетита нет. Не голодна. Потом перекушу. А ты жуй, давай. Так что, Никуша? Сколько тебе лет?
Сафронов смотрит на гостью виновато и тихо добавляет ей:
- Если ты хочешь уйти, так и скажи. Бабушку невозможно остановить, если она что-то хочет.
- Все в порядке, - говорит девочка со смущением и отвечает уже громче бабушке Марго на вопрос:
- 15.
Парень давится чаем, делая в этот момент глоток, и пискляво спрашивает:
- Сколько?
- 15, - повторяет девочка чуть тише.
- Когда у тебя день рождения? - интерес Марго увеличивается.
- 31 июля. Родители отправили меня в школу в шесть лет.
Повисает неловкая пауза, Ника глядит сначала на удивленную Марго, а после на парня, высчитывающего что-то по пальцам.
- То есть, - говорит он озадаченно, - ты младше меня на... два года и два месяца. Я в школу пошел в восемь.
- Потому что в семь запротестовал, - смеется бабушка, - как только узнал, что родители хотят отдать его в школу - закатил истерику и сказал, что хочет пожить еще один год свободно, прежде чем навсегда потеряет детство.
- Между прочим, я даже рад, что так получилось, - заявляет внук бабушке, после чего переводит взгляд на Нику и один уголок его рта загадочно тянется вверх.
Засмущавшись, девочка опускает взгляд на чай янтарного цвета перед собой. В пахучей жидкости плавает один маленький прозрачный лепесток от цветка липы.
- А с кем ты живешь? - продолжает Марго сыпать вопросы.
- С мамой и п-папой, - отвечает та с запинкой.
- Чем они занимаются?
- Мама выращивает овощи и продает их на базаре, а папа работает на заводе вначале деревни.
Ника старается говорить спокойно, чтобы никто не догадался о ее страхе. У нее это получается, если не считать плотно прижатые друг к другу коленки под столом, чтобы унять дрожь. Не каждый день у нее спрашивают о родителях.
- Понятно, - протягивает бабушка и тут же с задоринкой говорит:
- А знаешь, Артемушка много что о тебе говорил! Сказал, что ты отличница. И что очень ин...
Сафронов громко ставит на стол кружку и сурово смотрит на нее.
- Ба! Хватит уже! Нам, между прочим, пора идти!
Он быстро встает из-за стола, под тихий смех бабушки Марго, и смотрит на девочку.
- Ты все? Или еще хочешь?
- Нет. Все.
Она отодвигает пустую тарелку, допивает второпях чай и поднимается следом за ним. Марго так же встает со стула, берет пустые тарелки детей и несет их к раковине. А когда внук пытается помочь ей, чтобы убрать все со стола, останавливает его:
- Идите, раз торопитесь! Я все уберу сама!
- Спасибо, было вкусно, - говорит внук с улыбкой, - с твоей едой я скоро располнею! Придется опять бегать по утрам.
- Ничего-ничего! Тебе полезно!
Артем находит Нику взглядом и кивает в сторону выхода.
- Идем?
Та кивает, но на выходе, перешагивая через волнение, оборачивается к хозяйке дома и благодарит ее:
- Спасибо!
Бабушка Марго расплывается в сиятельной улыбке, так что в серых глазах появляется огонек радости.
- Не за что, моя дорогая!
Выйдя, Ника быстро забирает свой портфель у выхода и возвращается обратно. Артем ведет ее вверх по лестнице, и они оказываются на втором этаже. В узком коридоре, с длинным полосатым ковром, друг напротив друга, находятся две двери. Парень подходит к правой. Кладет руку на ручку и останавливается.
- Ты не пугайся только. У меня там небольшой бардак, - выдохнув, он распахивает дверь.
Потемкина затаивает дыхание и входит внутрь. Как-никак, а спальня человека, это то место где он проводит много времени. Это его личный уголок, отражающий душу. И прямо сейчас Ника узнает чуть больше о загадочном Артеме.
Спальня Сафронова хоть и часть всего дома со светлыми стенами, и полом, все же отличается цветовой гаммой и декором. Она более темнее. Справа у стены в темных синих оттенках стоит не заправленная широкая кровать. Над ней висит картина разделенная на пять частей и каждая из них отличается размерами друг с другом. Кажется, это называется "триптих". А объединяются они в общее фото черного мотоцикла в серой дымке. С правой стороны от кровати широкий шкаф с раздвижными дверцами, одна из которых открыта. С другой стороны небольшая тумбочка с маленьким светильником и стул в углу, завешанный вещам.