- Мы не вместе, - тихо замечает девочка, ощутив укол к груди, - это было больше как... Дружеские объятия.
Рассказывать о том, как это произошло, Ника не решается. Это их с Артемом маленький секрет.
Весенняя радостно выдыхает в трубку и быстро говорит:
- Скоро признается! Вот увидишь! Сколько вам еще? Два дня? Значит, завтра все и будет! Объятия не могут быть просто дружескими!
Вдруг в коридоре слышатся шаги. Ника затаивает дыхание и говорит подруге "минутку".
Еще один тяжелый шаг и еще. Каждый стук болью отражается в голове.
Идет отец.
Он появляется в проеме очень быстро, и комната вмиг сужается до размера горошинки. Черный и бездонный взгляд смотрит на стол, потом на сумку у стула и затем находит дочь. Девочка почти сразу опускает голову, боясь заглядывать в его душу.
- С кем говоришь? – звучит резких и холодный тон.
Сглотнув от того, что во рту стало очень сухо, она отвечает:
- С Лизой.
Подруга, кажется, слышит ее, потому тихо бурчит:
- Родители? Вот блин...
Отец подходит ближе.
- Покажи.
Ника показывает ему экран телефона. Мужчина смотрит на номер и сужает глаза.
- К экзаменам готовилась? – спрашивает спустя мгновение.
- Да.
Оглядев комнату еще раз, он сурово говорит:
- В десять часов чтобы уже спала. Если я увижу, что ты не спишь, знаешь, что будет?
- Да, - кивает Ника, все еще не дыша от страха.
Отец разворачивается и уходит, а девочка долго выдыхает. От напряжения неожиданно начинает болеть нога.
- Ника? - зовет Лиза, - ты тут?
- Здесь, - тихо говорит та и смотрит на время. До десяти остается около пятнадцати минут.
- Они не узнали? Кто заходил? Твой отец?
- Да. Все хорошо.
- Хух! Я уже переживать начала. Вот это они у тебя строгие. Кажется, он просил тебе показать номер? А что если Артема подписать моим номером? Я не обижусь, если мой удалишь. Либо скажем, что это мой второй и тогда вы будете переписываться. Круто же будет!
Ника трет ногу, вспоминая Артема с его заботой, и печалится. Его номер пока что есть в ее контактах, чтобы связываться с ним, но стоит каникулам закончится, и родители обязательно проследят, чтобы лишние номера были удалены.
- Не получится, - говорит подруге шепотом, - отец знает все номера поголовно. А когда появляются новые, то звонит им и проверят, кто ответит на том конце.
Подумав об этом, она хмурит лоб от удивления. А ведь родители еще не звонили на номер Артема и даже не спрашивали никаких подробностей про то, кому она помогает. Это словно чудо какое-то. Хотя, девочка предполагает, что все дело в обедах. Когда отец приезжает домой, ее уже нет дома, а значит, он вместе с женой наслаждается едой в тишине и без дочери.
- Ну, блин! - протягивает подруга, - мы чего-нибудь обязательно придумаем. Кстати, а про девушку Артем хоть раз тебе говорил? Или переписывался с кем? Может фото с девушками видела мельком?
- Хм...
Девочка прокручивает в голове все дни, в которые они были вместе, и машет головой:
- Нет. Такого не было. Он вообще не сидел в телефоне или компьютере.
- Отлично! Значит у него нет девушки, иначе она бы примчалась сразу же как только узнала, что у ее парня дома какая-то девчонка. Я бы так точно поступила. А знаешь те...
Голос Лизы обрывается, и на том конце звучат глухие гудки.
Потемкина убирает телефон от уха и видит на экране «звонок завершен». Значит у подруги опять исчезла связь.
«И куда она только отправилась?»
Девочка выключает телефон, кладет его на кровать и поднимается. Кажется, Сафронов говорил что-то про ее ногу и мазь. Нужно спешить, пока не вышло время.
Завтра ее ждет суббота. Как обычно, нужно будет прибраться во всем доме и сделать это так, чтобы в отце не проснулся тиран. А там будет воскресенье и снова Артем.
Можно будет вновь вдохнуть полной грудью.