— Не… хва… — дрожащими губами, взмыл юноша, прикрывая веки и уже не надеявшийся на освобождения, как вдруг за дверью послышался спасательный стук.
— Господин Цзян Шоушан, прошу простить за беспокойство, но вам поступило срочное послание из Царства Ли и…
— Пошёл прочь! — грубо крикнул мужчина в дверь, отчего стоящий за неё слуга, должно быть, подпрыгнул на месте и поспешил сбежать, сам не зная, что своим приходим спас жизнь Фэн Минжу, корой поспешил сказать:
— Цзян Шоушан! Цзян Шоушан! — словно попугай вскрикнул Фэн Минж, подняв свой взгляд на господина, — Я сказал имя. Прошу, прекратите уже это... — задыхаясь из-за собственных слез, на одном дыхание выдал юноша, тело которого дрожало и было уже на грани лишение чувств.
Смотря на придавленного к кровати юношу, мужчина над ним стал ещё злее, чем ранее, но своё слово сдержал, и наконец-таки вытащил свой детородный орган из израненной плоти, но не успел Фэн Минж выдохнуть, как его горло вновь оказалось захвачено сильной рукой господина, с неописуемой ненавистью смотрящего на него.
— Цзян Шоушан? Серьёзно? Ты никогда не называл меня так. Неужто пытаешься окончательно вывести меня из себя своей глупой ложью? — говорил мужчина ледяным тонном, смотря своими обжигающими глазами в зрачки напуганного юноши, — Чтож, поздравляю. У тебя получилось. Я в бешенстве. И завтра я покажу тебе то, чего ты так усердно добивался, а именно, — наклонившись к лицу псевдо брата, с душераздирающей ненавистью изрек Цзян Шоушан, — Мою настоящую жестокость.
«Настоящую жестокость? А это что сейчас было? Милость!?» — покрывшись дрожью от устрашающих глаз мужчины, подумал Фэн Минж, ничего не ответив господину, который гордо встал и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью, этим самым показывая, свою злость.
После внезапного заточения, насилия и угрозы, юноша был опустошён и закрыв лицо руками через оскал прорычал:
— Да почему я...?
***
Жизнь никогда не баловала Фэн Минжа плюшками, а лишь давала палкой по голове, заставляя шевелиться. В пятилетнем возрасте потеряв родителей, ребёнку пришлось быстро взрослеть и познать все тягости одинокой жизни бездомного бродяги, скитающегося по миру.
Хоть везением судьба и обошла Фэн Минжа стороной, но зато наградила прекрасным обликом. Светло зелёные глаза словно изумруд всегда притягивали людей, а идеальные черты лица и тонкая фигура, манила извращенцев как магнит, и потому Фэн Минж не мог понять, его внешность — это проклятие или дар судьбы?
Несмотря на то, что благодаря своему виду парень мог охмурить высокопоставленных господинов, дав им себя и получив хорошее вознаграждение, все же это было мерзко, и иногда Минж желал стать уродом, чтоб никто не засматривался на него и не желал.
Одинокое существование научило юношу полагаться только на себя, и поэтому, даже оказавшись в неизвестном месте, прикованным к кровати, Минж не терял надежду на спасение, всеми силами стараясь сломать ненавистную цепь, но к его сожалению, она оказалась слишком прочна.
— Бесполезно… — выдохнул парень, отбросив попытки сломать оковы, и начав думать о другом плане спасения, как вдруг, в дверь постучали, от чего Фэн Минж вздрогнул, боясь вновь увидеть злого господина, от которого у него все ещё болело все тело, а нижняя часть особенно.
Фэн Минжу уже давно привык к боли, потому данный инцидент не слишком уж ранил его чувства, но вот то, что его приняли за какого-то другого и вскоре правда может открыться, было страшно, ведь тогда парня ждёт только казнь.
— Молодой господин Шуи, Эта служанка может войти? — прозвучал женский голос за дверью, введя юношу в ступор.
«Они что, с ума все посходили? Какой я молодой господин Шуи?» — подумал Фэн Минж повернувшись к недалеко стоящему зеркалу.
В отражении он видел самого себя, только волосы были короче и одежда богаче, а во всем остальном это он, и поэтому поведения окружающих оставалось для Фэн Минжа непонятным.
— Господин, вы спите?
«Да лучше бы я спал, чем видеть этот кошмар» — вопил про себя молодой человек, плюхнувшись на кровать.
— Простите, но Император Шоушан строго настрого приказал сейчас же принести вам лекарства. Поэтому, прошу пустите эту служанку. — никак не уходила женщина, и немного подумав, Фэн Минж все же отозвался.