Девушка начала заикаться, а её слова вовсе не были искренними, от чего Фэн Минж привстал, желая успокоить разбушевавшуюся мадам, но та, увидев это, тут же вздрогнула, случайно обронив поднос с посудой, которая тут же разбилась на мелкие осколки.
— Простите! Простите эту безрукую слугу! — служанка тут же упала в поклоне, дрожа всем тело, после чего начала судорожно собирать острые осколки в свою ладонь, тем самым раня руки до крови. Фэн Минж не мог на это смотреть и, схватив девушку за запястье, строго закричал:
— Успокойся! Остановись, ты же… — вдруг юноша замолчал, увидев белое как мел лицо служанки с таким страхом смотрящая на него. Медленно опустив руку девушки, Фэн Минж встал, а испуганная девушка упала на пол в поклоне слезно проговорив:
— Прошу господин извините! Эта служанка виновата! Прошу, ударить меня, только прошу, не злитесь. — услышав просьбу, Фэн Минж застыл в потрясённо, неуверенно спросив:
— До этого я вас уже бил? — плечи девушки вздрогнули, давая безмолвный ответ юноши. — Можешь идти. — уже не в силах видеть столь дрожащий образ юной девы, выдохнул Фэн Минж, и служанка послушно подчинилась, вылетев из комнаты господина.
«Так значит, этот Цзян Шуи любил калечить своих подданных? Хотя, это не удивительно… Раз Его Высочество даже с родным братом ведёт себя агрессивно, что уж до простых слуг. Яблоня от яблони, как говорится…» — размышлял юноша, смотря на кровавые осколки, оставленные служанкой.
Медленно убирая с полу окровавленные осколки разбившейся посуды, молодой паренёк так же был слегка неосторожен, порезав свой палец и смотря на стекающую маленькую струю крови, Фэн Минж отчего-то загрустил, поняв, что даже будучи господином он все равно остаётся никем не любимым, как прежде, и от этого сердце юноши сжалось. Юноша тихонько уселся на полу не понимая, что же он делает не так?
Часть 3 Хобби
Фэн Минжу, находясь в заточении, действительно не чем было себя занять. Читать он умел плохо, а писал коряво и с ошибками, а кроме большого шкафа с книгами, больше в огромной комнате ничего и не имелось.
Парень провёл на цепи всего три дня, но уже не находил себе места от напряжённого состояния, не привыкший быть чем-то скованным.
Недавно он играл со служанкой в игру, а после никак не мог сложить полученную информацию, не имея достаточно фактов, —«Нужно будет потом ещё провернуть такой трюк с другими служащими и точно выяснить, кто такой Цзян Шуи и чем он так насолил своему брату, что тот его то ли ненавидит, то ли обожает»
Пока Фэн Минж размышлял, в комнату вошёл сам Император, пронзая паренька взглядом, по которому Минж сразу понял, что тот не в духе.
— Так значит, тебе здесь тоскливо и не с кем поговорить? — после нескольких секунд молчания, выдал мужчина, сверля юношу свирепым взглядом.
«Какие же тут всё-таки болтливые служанки!» — взвыл про себя Минж, но решил не отвечать свирепому мужчине, боясь вновь из-за своего длинного языка нарваться на насилие, но как раз игнорирование вопроса и вывело Императора из себя, от чего он грубо схватил мальчишку за шиворот, притянув к себе.
— Не ты ли недавно говорил, что больше не будешь злить меня? Коротка же твоя память, братец. — Цзян Шоушан был явно не в духи, в прочем, как и всегда.
— Когда это я злил? Вы сами злитесь на все подряд… — Фэн Минж случайно не подумал, что сказал, сильно растерявшись. Всё же, он был обычным бродягой, куда ему припираться с господином, смотрящего на него с особым взглядом.
— Как всегда ведешь себя со мной слишком привольно. — смотря на парня, грозно заявил мужчина, медленно притягивая его ближе, — Но, брат, разве ты не видишь, что я уже не тот наивный дурак, танцующий под твою дудку? — взяв Фэн Минжа за подбородок, задал вопрос Цзян Шоушан, будучи слишком близко к его лицу, — Теперь твоя очередь танцевать подо мной.
Ощутив, что губы Императора вновь коснулись его собственных, Фэн Минж побледнел, понимая к чему все идёт. Хоть его задница уже перестала болеть благодаря чудо средству, но повторять печальный опыт ему не хотелось.
— Б..брат, почему ты злишься? — из-за всех сил стараясь унять дрожь в голосе, юноша медленно отстранился от Императора, виновато опустив взгляд, — Ведь ты и впрямь не посещал меня весь день… С кем мне по-твоему надо было говорить? — услышав данные слова, уголки глаз Цзян Шоушан сузились, но его напор спал и голо стал более мягок.
— А если бы пришёл, ты бы со мной говорил?
— Конечно… Ты же мой брат. Как я могу не желать говорить с тобой? — все так же глупо улыбаясь, выдал ложь Фэн Минж, понимая, что Император умен и точно сейчас не остановится перед своими желаниями и все равно завалит своего «Брата», но на удивление юноши, Цзян Шоушан отпустил его, пройдя по комнате и сев на кровать, ожидая «Беседы» с братом.